Читаем Тайные знаки полностью

Поставила с грохотом на столик.

И принялась разглядывать руки. Помимо сознания ладони помнили что-то липкое. Сироп? Кажется, ей вчера хотелось их вытереть. А она и вытирала их. Салфетка. И даже мыла… Где? Под ногтями темные корки, заусенцы. Мыла их в Сене. Боже! Марго прислушалась к памяти, но та каменно молчала. Оказывается вот что — она отчетливо помнит все про робота Марго, но почти ничего про человека Марго.

Марго опять уставилась на бледное точеное лицо репортера и не поняла — он-то что тут делает? Неужели это возможно, чтобы Андрэ валялся так запросто на полу? Прямо в своей шикарной куртке, прямо в ботинках, лежал щекой на синем паласе. Почему бы ему было не поехать домой? Наверное просто в кайф. Бывает, что богатым людям по кайфу поваляться в дерьме и прочувствовать в полной мере крутость и исключительность своего привычного положения.

Поль вернулся со стаканом воды.

— Спасибо! — Марго выпила его залпом.

Отчего же ее так скрутило? Отчего она превратилась в робота? От затяжки травы? Нет. Не может быть. Она просто заболела. Точно. Она заболела. Болезнь называется Робот. Но это пройдет. Надо только работать и гнать из головы дрянь. Курить тоже надо бросить. Марго смотрела вокруг и удивлялась, как она раньше не замечала того, что на самом деле она просто притаилась в голове человека по имени Лиза Кошкина, теперь Марго Танк. А на самом деле она — робот. Марго нервно засмеялась. Жаль, что это пройдет. Роботом быть прикольно.

— О! Кажется, мы вчера круто отдохнули!

— Да, — согласился Поль, забирая у нее стакан. — Я даже удивлен, как ты так нажралась? Я себя чувствую вполне прилично. Очень устал, но ни голова не болит, ни тошноты. Вот только ты, Марго, с тобой что-то случилось… Что-то плохое. Ты наверное намешала.

Марго зловеще улыбалась. Она не стала припоминать Полю его подвигов. А могла бы. Но роботы выше этого.

— Наверное, — сказала она равнодушно. — Можно, я приму ванну?

— Да. Сейчас я налью, — кивнул Поль и направился в бэд-рум.

Стало слышно, как зашумела вода. Марго свалилась с тахты. Ползти на четвереньках. Нет, она могла идти ногами, но ей захотелось поступить именно так.

Андрэ испугал ее — он вдруг открыл глаза и улыбнулся. Марго в ответ зашлась беззвучным хохотом. Она сама не знала, почему ей стало смешно. Наверное, какие-то мышцы сработали сами собой. Зевают ведь люди неосознанно. В затылке потемнело и резануло — сотрясение мозга, что ли? Марго схватилась за голову. Да. Не так все благополучно, как представилось поначалу.

Макс заворочался.

И они — Марго и Андрэ — затихли вместе. Затихли, как заединщики, как соучастники одного преступления. Ей вдруг понравилась эта мысль — отдаться безобразному припадку вожделения, не стыдясь и не тратя время на предисловия и послесловия. И так же легко забыть потом. И никакой ответственности за чужие пораненные чувства. Как можно поранить то, чего нет? Андрэ ведь тоже робот! Но нет. Не сейчас. Поль отказался стать роботом, надо поберечь его человеческие предрассудки. Она вздохнула и поползала дальше. …быть плохой. Она уже и так плохая. И быть еще хуже. Совсем никудышной. Ужасной. Чтобы показывали пальцем и пугали детей. Пусть они сделают ее куклу или чучело и тыкают в него пальцем. А иначе как она узнает, что была? Вот в чем смысл теории стороннего наблюдателя, о которой говорил Чижик. Если тебя никто не видел и никто никак не назвал, то это все равно, что тебя не было…

Поль, вышедший из ванны, остановился в нерешительности и с удивлением смотрел на русскую.

— Ты чего?

— Если я встану, то сразу упаду, — пояснила она жалобно.

Андрэ быстро закрыл глаза, и Марго вспомнила, что она должна ужасно выглядеть. Эта мысль сработала подобно пинковой тяге и погнала Марго почти так же бодро, как когда-то в детстве, когда Лизонька Кошкина и на двух-то ногах передвигалась еще не очень уверенно.

Поль растерянно отступил в сторону.

— Я схожу в маркет, — объявил он. — Купить тебе пива? Хочешь?

— Да! — воскликнула Марго. — И таблетку от головы! Купи мне какую-нибудь таблетку, от которой голова совсем сойдет на нет! Гильотину!

Состояние бывшей Кошкиной ухудшалось катастрофически.

— Надо же так! — Поль вышел из апартамента.

Сначала Марго доползла до очка, потому что ее тут же выворотило. Похоже, когда она падала, она одновременно ударилась и затылком и лицом. Бывает так? Значит, бывает. Потому что, если бы это был бодун, то дрожали бы мышцы и синапсы не пропускали бы сигналов. С опустошенным, судорожно сжатым желудком, Марго наконец-то открыла дверь в кабинет спасения — там с грохотом хлестала вода, поднимая высокую шапку пены. Что-то похожее на благодарность промелькнуло рядом с именем Поля.

Ванна уже почти набралась.