Читаем Тайные знаки полностью

— Может быть, ты просто медиум? — энергично предположила Марго. — Просто экстрасенс? И чувствуешь события заранее? И сообщаешь о них? То есть никак ты не можешь на них повлиять, а только сообщаешь.

— Ха! — воскликнул Лео. — Это был бы выход, но ведь никак нельзя узнать! Если я не напишу заметку, то то, что я хотел написать не случится! Случится что-то другое!

— Но постой! — возразила Марго. — Но вот так ты и узнаешь! Если ты не напишешь. А оно все равно случится, тогда это точно не ты! А если не случиться, ну… тогда надо еще подумать!

— Нет, — Лео выпил опять. — Я не хочу узнавать. Так я еще могу болтаться между двумя неопределенностями, а если вдруг окажется, что я т о ч н о убийца, тогда… — Лео всхлипнул и смахнул со щеки пьяную слезу. — На самом деле я и так з н а ю. Это всегда было так, но пока это было где-то за пределами моего дома, мне хватало рюмки коньяка, чтобы выбросить все из головы. Но теперь, когда я убил мадам Гасьон, и загнал Аурелию в секту мошенников, которые внушают ей, что она инопланетянка… Этого я не могу вынести! И знаешь, что меня мучит больше всего? Я не знаю, что мне теперь делать! Ведь мне нужно доработать до пенсии, а главный не позволит мне писать благостные заметки о добрых зайчиках и белочках. Люди платят за убийства, насилие и извращения. Радость, счастье и благодать скучны им! А разогревает их рыбью кровь только жестокость, пошлость, грубость!!! Ненавижу! Если бы я был Христом, я хотел бы, чтобы меня распяли во имя конца человеческого рода. Но я умею только писать! Что мне делать?

— Напиши книгу о конце человечества, как Иоан Богослов, и ему придет конец! — усмехнулась Мар.

— Ты — злая! — поднял плачущие глаза Лео. — Я ненавижу человечество, но я люблю людей. Тебя, Ау, пару друзей в редакции, я любил в какой-то степени мадам Гасион. И я не хочу быть убийцей! Я всю жизнь провел в пьяном угаре, чтобы не думать об этой способности учавствовать в ужасных событиях. Чтобы только не думать! Я играю в карты, чтобы в азарте забыть о своей дурацкой способности.

— Я придумала! — воскликнула Марго и нервно заходила по комнате. — Тебе надо написать другую заметку! Совсем другую! Написать например, что секта, куда попала Аурелия — мошенники. Тебе надо пойти в эту секту, все выяснить и опубликовать материал. Тогда Аурелия уйдет от них! И… напиши, что мадам Гасьон воскресла, тогда точно станет ясно, кто виновник всех этих событий!

— Да?! — Лео задумался и замер, медленно шевеля губами. Сигарета в его руке медленно тлела, и серый дымок змеясь, обвивал руку, полз по обшлагу пиджака, и медленно расстворяясь в воздухе, поднимался к потолку сизым маревом. Лео медленно склонился назад и упал спиной на постель.

Марго встряхнула головой и забрала из руки Лео сигарету.

— Не думаю, что тебе стоит так страдать! Неужели ты хочешь взять на себя ответственность за все человечество?!

— Не хочу! — простонал Лео, всхлипывая липкими слюнями. — Не хочу! Я маленький мизерный человечек! Мне не под силу такая отвественность! И я не хочу ее нести! Я должен прекратить это безобразие! Идем! Помоги мне встать! Я должен сделать одну вещь, и ты мне поможешь!

Он дернулся на кровати, пытаясь встать, но у него ничего не вышло.

— Я женился на Аурелии, потому что она — ведьма, — сказал Лео, еще больше помпрачнев. — Я сразу увидел в Аурелии свою кровь. Это была любовь с первого взгляда. Я увидел ее и меня ударило током. «Это она! — подумал я. — Это она спасет от меня человечество!» Я бегал за ней, как привязаный. А она меня отвергала. Но я знал, что секс с ведьмой ослабит мое проклятие, мою дурацкую особенность. Что я стану нормальным, обычным писакой-бумагомарателем. Что мои заметки будут не больше, чем развлечение. И так и было, пока Аурелия не перестала со мной спать!

— А давно? Извини, конечно!

— Давно. Прямо в ночь на Рождество! Не знаю, что ей взбрело? Но она прочитала какую-то книжку и решила, что секс — не для нее.

Лео опять попытался встать, но теперь упал на пол.

— Лео! Черт бы тебя побрал! — воскликнула Коша. — Зачем ты это делаешь? Прекрати!

Она попыталась поднять мужа Аурелии, подхватив его под мышки, но удалось только перевернуть тело лицом наверх и привалить к матрацу кровати. С Лео произошла внезапная перемена. Слезы перестали, но теперь его серое лицо приняло жестокий углубленный вид. Марго подумала, что мсье Пулетт сейчас стошнит.

Минуту он молча смотрел в пол, потом вздохнул и набычившись, объявил:

— Ну ничего! У меня есть лекарство от этой болезни! Принеси, Марго! Будь добра! Помоги измученному жизнью старцу.

— Лео! Прекрати! Какой же ты старец?! Ты еще вполне!

— Нет-нет! Не утешай меня! Вот тебе ключ! — сказал он, вытаскивая из кармана связку. — Вот этот! Ой, никак не зацеплю! Вот этот — крестиком. Возьми его!

Лео протянул дрожащей рукой связку, и Марго растерянно взяла ее.

— Что я должна сделать?