Читаем Тайны Стены Плача полностью

Иеровеам бен-Навот был, как известно, тем самым человеком, который способствовал в 977 г. до н. э. расколу единого еврейского государства на два царства – Израиль и Иудею. Общеизвестно и то, что, став царем Израиля и провозгласив своей столицей Шхем, Иеровеам всячески пытался отвлечь народ от столицы Иудеи Иерусалима, для чего устроил новые святилища Богу в Бейт-Эле и в Дане. Однако Давид Реувени поведал евреям, что Иеровеам также поместил в Стену Плача особый камень с колдовским заклинанием, приготовленный по его просьбе языческими жрецами. Пока этот камень находился в Стене, оскверняя ее святость языческим колдовством, приход Мессии был невозможен – более того, именно этот камень во многом был причиной всех несчастий, обрушивавшихся на евреев на протяжении многих столетий. В тот момент, когда Давид Реувени, по его словам, вытащил этот камень из Стены и уничтожил его, он открыл возможность для прихода Мессии.

* * *

Отношения арабов и евреев в районе Храмовой горы всегда были далеки от идиллии, несмотря на то, что, как уже говорилось выше, евреи платили немалые деньги за право молиться у Стены Плача.

Направляясь к этому святому для него месту, еврей должен был быть готов к тому, что по дороге его могут избить или ограбить, и иерусалимцы хранят в памяти множество связанных с такими нападениями историй.

Героем одной из самых знаменитых из них является глава ешивы “Бейт-Эль” поэт и раввин Шалом Шрааби (РАШАШ, 1794–1872), который установил обычай ночной молитвы у стены плача. Каждую ночь рав Шрааби неторопливой походкой направлялся к Стене Плача, чтобы погрузиться возле нее в молитвенную медитацию и испросить у Всевышнего скорейшего прихода Мессии и Избавления для еврейского народа.

Всем своим видом рав Шрааби показывал, что он никого и ничего не боится, и уже одно это приводило окрестных арабов в ярость. Чтобы проучить бесстрашного еврейского старика и навсегда отбить у него охоту приходить по ночам к Стене Плача, группа арабских молодчиков решила устроить раввину засаду и жестоко избить его.

Около десятка молодых парней выстроилась в два ряда вдоль дороги и стала поджидать рава Шрааби, чтобы напасть на него одновременно с двух сторон. Однако в тот самый момент, когда раввин приблизился к ним, арабы вдруг почувствовали, что их тела словно окаменели, и они не в силах шевельнуть ни рукой, ни ногой. Так они и остались стоять в два ряда, словно приросли к земле.

Даже не обратив внимания на поджидавший его “почетный караул”, рав Шалом Шрааби своей обычной походкой прошел к Стене Плача, помолился возле нее и глубокой ночью вернулся домой.

Наступило утро, но странный паралич, сковавший тела молодых арабов не проходил – они так и продолжали стоять, где стояли, и все попытки подбежавших к ним родственников сдвинуть их с места закончились ничем – их тела словно налились свинцовой тяжестью. Тогда эти родственники бросились в ешиву “Бейт-Эль”, и, упав на колени перед равом Шрааби, начали просить простить их неразумных мужей и сыновей и помолиться о том, чтобы Бог снял наложенное на них наказание.

Сразу после молитвы раввина паралич исчез, и эти арабы снова смогли двигаться.

Героиней другой истории является Малка ди-Франс – тоже уже далеко немолодая женщина, предки которой жили в Иерусалиме на протяжении столетий. В городе она была известна тем, что держала целый склад стульев, чтобы тем, кто молился у Стены, не приходилось все время стоять на ногах – хотя приносить какую-либо мебель к Стене арабы строго-настрого запрещали. Каждый день она расставляла эти стулья у Стены Плача, а вечером собирала их и запирала в принадлежащем ей чуланчике.

Не только у евреев, но и у арабов Малка пользовалась огромным уважением, считалась настоящей праведницей, и не раз бывало так, что арабы тайно приходили к ней и просили помолиться у Стены за себя или за своих захворавших родственников. Однако как-то вечером, когда Малка ди-Франс собирала у Стены свои стулья слонявшийся по кварталу без дела молодой араб, сын одного из самых богатых купцов Иерусалима, решил, что нашел подходящую жертву для своих забав. Подкравшись к пожилой женщине, он ударил ее так, что она упала на каменные плиты и разбила себе голову.

Из последних сил Малка ди-Франс поднялась на ноги, добрела до своего дома и там свалилась на кровать замертво. Когда Малка немного пришла в себя, сидевшийу ее постели врач рассказал, что он только что был в доме избившего ее молодого человека – тот лежит на кровати, скованный параличом, и его родители безутешно рыдают над сыном.

Спустя какое-то время родители юноши сами постучались в дом семьи Ди-Франс.

– Смилуйся, Малка! – сказали они. – Мы знаем, что Бог наказал нашего сына из-за тебя, и если ты попросишь за нашего мальчика в своей молитве, то Он, возможно, простит его. Смилуйся и прости нашего сына, Малка, ибо разве сам Господь не заповедовал всем нам быть милостивыми и милосердными?! Смилуйся, ибо нет нам жизни без сына!

Однако Малка была так слаба, что была попросту не в силах что-либо ответить гостям, и те, рыдая, ушли из ее дома.