Поэтому термин «литовцо-руссы» нельзя применять к литвинам (нынешним беларусам Центральной и Западной Беларуси), ибо то, что казалось российским этнографам «русским» у литвинов (то есть, отличавшим литвинов от жемойтов и аукштайтов — восточных балтов), на самом деле было сугубо своим, исконным западнобалтским. Ни к какой «Руси» наш древний язык, близкий к славянскому, отношения не имел.

Конечно, у западных балтов были свои уникальные традици, которых нет ни у славян, ни у восточных балтов (в нынешней Летуве и Латвии). Праздники Радуница и Яна Купала существовали только на территории западных балтов, они географически четко этой границей очерчены. Это Северная Польша (Мазовия с центром в Варшаве), Пруссия-Порусье (центр Королевец, он же Кёнигсберг, он же Калининград), Ятва (ныне Брестская и Гродненская области, часть Минской, центр Дарагичин — ныне в Польше, в 70 км от Бреста), Дайнова (ныне Беларусь, центр — Лида), Литва (ныне Беларусь, земли между Слонимом и Минском).

Везде в этих землях христианские миссионеры в период XIII—XVI веков распространяли новую веру, позволяя вносить в нее (на новый лад) некоторые старые обряды. Так были внесены Ян Купала и Радуница, но с «корректировкой»: на могилы предков относили крашенные на Пасху яйца.

С кривичами история была несколько иной: их обратили в христианство шведские миссионеры, которые активно уничтожали старые культы, в том числе «культ живойта-ужа» — еще один общий для западных балтов. Поэтому у кривичей Радуница трансформировалась в праздник Дзяды (Деды) — несколько иной, уже во многом лишенный многих исконных черт, в том числе и своего древнего названия. Должен заметить, что Сахаров в своей книге описал именно Дзяды кривичей, а не Радуницу литвинов. Например, он писал о том, что после катания по могиле яйца отдавали нищим: это уже Дзяды кривичей (Восточная Беларусь), а на Радунице литвинов (Центральная и Западная Беларусь) — здесь яйца никому не дарили, их раскатывали по могиле в крошку и смешивали с землей.

Нюанс — но, как мне кажется, очень существенный.

У истоков Радуницы.

Даже такая авторитетная энциклопедия, как «Беларусь» (1995 год), пишет о Дзядах следующее:

«культ предков у восточных славян», хотя Дзяды отмечали «среди славян» лишь кривичи (славяноязычные балты, вовсе не славяне), а сам праздник является у них только трансформацией Радуницы (что признает энциклопедия). И это важно. Энциклопедия уточняет, что в прошлом Дзяды (то есть Радуницу) отмечали 3—4 раза в год весной и осенью: это осенние Дзяды, непосредственно на Радуницу и перед масленицей, а «в Восточной Беларуси функцию Радуницы исполняли летние (троицкие) Дзяды». Сам праздник изначально назывался Радуницей, а не Дзядами (Дзяды — его новое «бытовое» название).

Относительно Радуницы (то есть Дзядов в Беларуси западнее Полоцка) энциклопедия снова ошибается («праздник восточных славян», ибо авторы статьи считают беларусов «восточными славянами») и сообщают: он отмечается во второй вторник после Пасхи.

Почему именно в этот день? Не объяснено.

Я нашел в литературе только смутные упоминания о том, что сей вопрос решался после Брестской Унии 1596 года между Католическим костелом Польши и Православной церковью Киева, в ходе обсуждения судьбы языческих праздников Литвы. Позиции униатского православия и католичества были четко согласованы — старые обряды населения перенести в «христианский ряд» как «продолжение старой веры». Большим опытом в этом плане обладали католики, которые внесли старые обряды в «новую веру» еще раньше в своей Мазовии для мазуров.

После заключения Унии 1569 года происходил наплыв католиков «в глубинку» Центральной и Западной Беларуси, где они строили храмы с учетом «местных языческих традиций». В том числе иные соборы как бы «продолжали культ живойта»: например, в сохранившемся до сих пор католическом соборе города Глубокое двери сделаны в виде двух живойтов (культовых ужей).

С принятием народными массами христианства Радуницу «прикрепили» к Пасхе — на могилы родных люди стали приносить крашеные пасхальные яйца. Это, конечно, дико не только для итальянцев или немцев, но вообще для славян. Такого не делают ни в Чехии, ни в Болгарии, ни в Сербии, да и в Польше так поступают лишь мазуры, ассимилированные западные балты. Ясно, что этот языческий по происхождению обряд непонятен другим народам по той простой причине, что у них во времена язычества не было ничего подобного.

Как сказано в энциклопедии «Беларусь», на Полесье Радуницу вообще именуют «Пасхой мертвых». Это, надо признать, нечто абсолютно новое в христианстве (и в иудаизме, от праздника Пейсах которого произошла Пасха). Тут мы видим торжество творчества народа: есть Пасха для живых (которую весь мир отмечает), а есть еще и особая Пасха для мертвых беларусов. Логика народного сознания проста — коль Радуницу попы и ксендзы увязали с Пасхой, то она и есть Пасха умерших.