Однако язык Киевской Руси как раз идентичности с языками ляхов (под которыми понимаются общие языки славян Балтии) не имеет. Это, как и все остальное, доказывает, что экспансия «Руси» шла с запада на восток по двум совершенно не связанным между собой направлениям. Из Рустингена ободритов Рюрика на севере — и из Карпатской Руси через Киев на юге, и оба русских языка уже тогда были разными. Язык Рустингена Рюрика и Новгорода (ободритский) фактически не отличался от языка ляхов, а язык Киева фактически не отличался от языка карпатских и балканских славян.

Этот вывод академика Янина, кстати говоря, опровергает московский миф о том, что якобы у беларусов, украинцев и русских существовал в прошлом некий общий «древнерусский язык». Это выдумка идеологов царизма, стремившихся обосновать захват земель соседей. На самом деле изначально языки Киева и Новгорода (расстояние между ними свыше тысячи километров!) никогда не были единым языком, ибо они стали продуктом славянизации со стороны разных групп славян — северных и южных, и никакой «общности» в принципе составлять не могли.

Итак, вследствие весомой «готской составной» в окружении Рюрика, а затем князей Киевской Руси — историки царской России разбились на два лагеря: «норманнистов» и «антинорманнистов». Как оказалось, оба лагеря заблуждались. Рюрик не был ни «норманном», ни «уроженцем России», а большое число готов в окружении князей Руси Новгорода и Киева объясняется только тем, что изначально славяне появились как этнос в походе готов на Европу, и с тех пор веками были с готами братьями по разбою. Фактически славяне Рюрика — это подвергшиеся готскому влиянию (германизации) западные балты, которые присоединялись к разбойным нападениям готов и перенимали при этом их язык, что и родило славянский язык — как своего рода «трасянку» (жаргон типа «пиджин-инглиш» у полинезийцев) между языком готов и западных балтов.

Если иначе сформулировать, то славянский язык — всего лишь диалект западных балтов в готском языке. С IV по XII век славяне и готы оставались единой общностью «варяги», были единым целым и в окружении князей Руси — и до того времени еще продолжал формироваться славянский язык, все более заимствуя из языка готов. Именно об этом писал Нестор в «Повести временных лет»: что «Русь» и «Варяги» — то же самое: смесь готов с германизированными западными балтами (то есть славянами). Нестор воспринимал наличие в Руси готов (англов и датчан) как норму.

Вот откуда идут все истоки диалектов.

Славяне и Русь.

Должен заметить, что не только западные балты превращались в славян под влиянием готского языка, но равно и сами готы превращались в славян под влиянием западно-балтского языка. Например, так славянизировались княжеские дружины Рюриковичей, состоявшие в значительной мере из готов. Когда англы (вместе со славянскими дружинами Полабья) захватили Британию, то в своем готском языке принесли в нынешний английский язык немало славянизмов (то есть следов западно-балтского языка).

Идеального в антропологическом плане славянина можно создать и сегодня искусственным путем — скрестив, например, мужчину-гота из Дании с беларуской женщиной (западной балткой). Но активно подобное смешение происходило только на земле венедов в Полабье и юго-восточнее его, куда пришли готы. Потому Полабье и стало родиной славян.

Отдельный вопрос — зарождение славянского языка. Поскольку готы и западные балты на протяжении веков вместе, плечом к плечу, занимались варяжством (то есть разбоем), то они должны были как-то друг друга понимать. Вот в IV—VI веках и сформировался «койне» (инструмент межэтнического общения) — славянский язык, который поначалу существовал исключительно в объединенных дружинах готов и западных балтов. Между представителями своих этносов готы и западные балты говорили на своих языках, а друг с другом — уже на славянском языке.

Поскольку варяги — это и есть Русь (о чем писал Нестор в «Повести временных лет»), то славянский язык — изначально варяжский язык, русинский язык. Его для общения с западными балтами обязательно учили англы и датчане (равно и западные балты для общения с готами).

Следует специально подчеркнуть, что под «Русью» тогда понималась не какая-то конкретная страна, а объединение варягов и их колонии по всей Европе. Отсюда становятся понятными слова Нестора о том, что датчане и англы — тоже русские, и что русскими были ранее все славяне: он прямо указывает, что русский и варяжский — это синонимы. Таким образом, славянский язык (то есть изначально варяжский, или русинский) не был языком какого-то этноса, а имел специфическую сферу использования — служил средством межэтнического общения между варягами-готами и варягами-балтами.