Читаем Таинство веры полностью

В Восточной Церкви реакцией на западное учение об искуплении как сатисфакции был Константинопольский Собор 1157 г., участники которого, опровергая ересь «латиномудрствующего» Сотириха Пантевгена, согласились, что Христос принес искупительную жертву всей Святой Троице, а не одному Отцу: «Христос добровольно принес Себя в жертву, принес же Самого Себя по человечеству, и Сам принял жертву как Бог вместе с Отцом и Духом… Богочеловек Слово… принес спасительную жертву Отцу, Самому Себе, как Богу, и Духу, Которыми человек призван из небытия к бытию, Которых он и оскорбил, преступив заповедь, и с Которыми произошло примирение страданиями Христа».[131] О том, что Христос одновременно приносит и принимает жертву, говорится в священнической молитве, читаемой на литургиях Иоанна Златоуста и Василия Великого: «Ты бо еси приносяй и приносимый, и приемляй, и раздаваемый, Христе Боже наш». В одной из проповедей святителя Кирилла Иерусалимского сказано: «Младенца вижу, приносящего законную жертву на земле, но Его же вижу принимающим жертвы от всех на небесах… Сам Он – Дары, Сам – Архиерей, Сам – жертвенник, Сам – очистилище, Сам – Приносящий, Сам и Приносимый как жертва за мир. Сам – огонь сущий, Сам – всесожжение, Сам – древо жизни и познания, Сам – меч Духа, Сам – Пастырь, Сам – жрец, Сам – Закон, Сам же и исполняющий этот закон».[132]

Многие древнецерковные авторы вообще избегают говорить о «выкупе» в буквальном смысле, понимая под искуплением примирение человечества с Богом и усыновление Ему. Они говорят об искуплении как о проявлении любви Божьей к человеку. Этот взгляд находит подтверждение в словах апостола Иоанна Богослова: «Так возлюбил Бог мир, что отдал Сына Своего единородного, дабы всякий верующий в Него не погиб, но имел жизнь вечную» (Ин. 3:16). Не гнев Бога Отца, а Его любовь является причиной крестной жертвы Сына. По мысли преподобного Симеона Нового Богослова, Христос приносит искупленное Им человечество в дар Богу, окончательно освобождая его от власти диавола.[133] Так как человек порабощен диаволу от самого своего рождения в течение всей жизни, Господь проходит через всякий возраст, чтобы на каждом этапе развития человека диавол оказался побежденным: Христос «воплотился и родился… освящая зачатие и рождение, и, понемногу возрастая, благословил всякий возраст… сделался рабом, приняв образ раба, – и нас, рабов, снова возвел в достоинство господ и сделал господами и властителями самого диавола, который прежде был нашим тираном… сделался проклятием, будучи распят… и Своей смертью умертвил смерть, воскрес – и уничтожил всю силу и энергию врага, имевшего власть над нами через смерть и грех».[134]

Воплотившийся Христос, желая во всем уподобиться нам, проходит не только через всякий возраст, но и через все возможные виды страдания вплоть до богооставленности, которая является наивысшим страданием человеческой души. Крик Спасителя на кресте: «Боже Мой! Боже Мой! Для чего Ты Меня оставил?» (Мф. 27:46) есть кульминация Его голгофского страдания. Но великая тайна этой минуты в том, что Божество Христа ни на мгновение не разлучалось с человечеством – Бог не оставлял Его, хотя Он как человек чувствует человеческую богооставленность… И даже когда тело умершего Христа лежало во гробе, а душа Его сошла в ад, Божество не разлучалось с человечеством: «Во гробе плотски, во аде же с душею, яко Бог, в раи же с разбойником, и на престоле был еси, Христе, со Отцем и Духом, вся исполняяй, неописанный» (тропарь праздника Пасхи Христовой). Христос одновременно и в аду, и в раю, и на земле, и на небе, и с людьми, и с Отцом и Духом – все наполняет Собою, не будучи «описуем», то есть ограничен чем-либо.

Во Христе осуществляется единение Бога с человеком. «Видишь ли глубину таинств? – пишет преподобный Симеон Новый Богослов. – Познал ли беспредельное величие преизобильной славы? [Христос] будет иметь с нами такое же единение по благодати, какое Он Сам имеет с Отцом по природе… Ту славу, которую дал Отец Сыну, дает и нам Сын по благодати… Став однажды родственником нашим по плоти и сделав нас сопричастниками Своего Божества, Он [тем самым] сделал нас Своими родственниками… Мы имеем со Христом такое же единение… какое имеет муж с женой своей и жена с мужем».[135] Во Христе обновляется и воссозидается человек. Искупительный подвиг Христа совершен не ради абстрактной «массы» людей, но ради каждого конкретного человека. Как говорит тот же преподобный Симеон, «Бог послал Сына Своего единородного на землю для тебя и для твоего спасения, потому что предузнал тебя и предопределил тебе быть братом и сонаследником Его».[136]