Читаем Тайна святых полностью

Перечисляя потомков Каина, Библия останавливается только на главном выразителе этого рода - Ламехе. Он имел две жены и, как некий завет, сказал им следующее: “внимайте словам моим: я убил мужа в язву мне и отрока в рану мне. Если за Каина отмстится всемеро, то за Ламеха в семьдесят раз всемеро”. Что могут значить эти странные выражения? Во-первых то, что в Каиновом роде не прекращаются преступления братоубийства, а затем - что преступники вполне уверены в своей безнаказанности и даже не просят у Бога о своей безопасности, как их предок Каин, а сами определяют драконовскую месть за свое умерщвление. Устами Ламеха зло уже беззастенчиво демонстрирует себя на земле. Сыновья этого Ламеха, утвердившегося в противлении Богу, объявлены в Библии отцами творчества на земле: Иувал был отец всех играющих на гуслях и свирели (т. е. на музыкальных орудиях). И значит отцом вообще искусства на земле, так как все роды искусства духовно связаны между собою. Другой сын Ламеха - Тувалкаин “был ковачем всех орудий из меди и железа”. Опять подчеркнуто, всех, значит отец всех изобретений на земле.

Откровение Духа Святого в книге Бытия, характеризуя род Сифа словами: “тогда начали призывать Бога на земле”, характеризует противоположный ему род (“сынов человеческих”), как положивших начало творчеству на земле (не Христову творчеству).

Человечество вступает в порочный круг. Оно желает воспользоваться завоеванной (преслушанием Богу) свободой и самочинно, руководясь своим вкусом, устроиться на земле. Диавольское намерение, - буду жить на земле, - воплощается людьми. Этот порочный круг таит в себе такую притягательную силу, что сыны Божии через некоторое время смешиваются с сынами человеческими.

Как сказано: “сыны Божии (потомки Сифа) стали входить к дочерям человеческим (т.е., к женщинам из потомства Каина) и они стали рождать им” (Библ. VI, 4).

“И увидел Бог, что велико развращение человеков на земле и что все мысли помышления сердца их были зло во всякое время”. Вот истина для всех времен и народов и начаток пессимизма для всех человеческих дел.

Из этого порочного круга человеку никогда не вырваться (если не последует Божьего чуда).

Праведный Ной после потопа начинает новое поколение людей. Но напрасно думать, что в этом новом человечестве неудачны были только потомки Хама. Нет, в постройке Вавилонской башни - сделаем себе имя! (без Бога!) - приняли участие и потомки и Сима и Иафета (все!). “Все уклонились и все оказались негодными, нет творящего благое, нет ни одного”.

Опять необходимо было начать новое образование - Авраамов род. Но и этот род почти весь проваливается, кроме нескольких десятков человек, собранных около Христа. Первые три года христианства и еще около сотни лет, когда десятки тысяч людей забыли о мире (“не любите мира, ни того, что есть в мире”): взоры их были устремлены на небо, откуда Он должен был прийти со славой. Но Он не приходит, и все снова колеблется и, по мере того, как миллионы людей принимают крещение - христиане постепенно возвращаются к продолжению земного строительства, и между прочим, к укреплению церковной организации (чтобы сделать церковь крепче, чтобы она как-нибудь не развалилась здесь укрепляющая мысль: мы собрали церковное богатство: богословие, песнопения, мощь организации).

Но почти две тысячи лет мы проваливаемся в небытие. Христианские народы вместо Тела церкви, глава которой Христос, созидают (продолжают украшать, совершенствовать, усложнять - и духовно и технически) - город, основание которому положил род Каина на крови Авеля.

В мире христианском царит обман. Многим кажется, что существует цивилизация, существует технический прогресс и это, действительно, носит материалистический характер, но зато существует и христианская культура. Эта культура созидает возвышенные духовные ценности.

Однако вот как гений Пушкина определяет самую возвышенную область культуры - искусство: “нас возвышающий обман”. Правда, он тут же уверяет, что возвышающий обман нам дороже “тьмы низких истин”. Но дороже здесь употреблено в смысле: приятнее: конечно, вкусу утонченному более приятно возвышенное переживание, чем низменное. Но и то и другое состояние души не имеет ничего общего со Христом - не есть: “путь, истина и жизнь”, где нет низменного и тем более обмана. И нас возвышающий обман, и тьма низких истин одинаково не выводят нас из круга человеческого*.

У Пушкина есть изображение мистического состояния человека, наслаждающегося искусством: “Он (Моцарт) несколько занес нам песен райских, чтоб, возбудив бескрылое желание в нас, чадах праха, - после улететь”.

* Св. Григорий Богослов говорит о музыке: “Никогда не расслаблял я сердца музыкальными звуками, нежно потрясающими слух”. Лермонтов о свете искусства: сиял он тихо, как звезда, манил и звал он, - но куда?

Райская песня, случайно занесенная на стогны Вавилона, будит в душе бескрылое желание, ненасытимую муку...