Читаем Тайна святых полностью

Удобно разъяснить это состояние при другом случае предания сатане “Я предал их сатане, чтобы они научились не богохульствовать. (I Тимоф. 1, 20). Было бы странно предполагать, что сатана может научить кого-нибудь не богохульствовать. Но здесь происходит следующее… Вселившись в человека, сатана, разумеется, богохульствует в душе. Но раньше человек сам в похоти своей наслаждался богохулением, теперь же он становится в собственной душе зрителем - созерцателем диавольского богохульства (раздвоение) и испытывает все страшные последствия его. Он во мраке вечного заточения. И Божий мир, и Божия любовь скрылись от него навсегда. Сравнительно еще для ясности представим себе человека с наслаждением ругающегося и в другое время того же человека, в душе которого чужой голос скверно ругается. В первом случае наслаждение, во втором – страдание. Наученный горьким опытом, сам сделавшись свидетелем духовного последствия греха, человек, когда Господь вернет ему ангела защитника свободы, исправляется. Однако, “предание сатане” возможно для не плохого человека, только очень легкомысленного. Не для противника Божия, ибо сын противления все равно вернется к своему. Здесь же братская помощь церкви апостольской, правда, очень горькая – крайняя.

Проходит немного времени и Ап. Павел уже просит утешить этого человека, умоляет оказать ему любовь. Он боится, чтобы, изобличенный перед всеми (довольно для него этого стыда), не был поглощен чрезмерной печалью.

“Сила Моя совершается в немощи”, - сказал Господь Ап. Павлу, и этим словом своим изрек приговор о применении духовной апостольской власти. И Апостол Павел говорит. “когда я немощен, тогда силен”. Но, конечно, Апостолы имели это, по выражению Павла, не плотское оружие, хотя и ратоборствовали, благовествовали, не применяя его, подобно и Господу Иисусу во время Его жизни на земле.

Однако, постараемся понять, что это за духовная власть и как она может применяться. Рассмотрим три рода такой власти.

Власть покорять сердца. Слово апостольское, как огонь, проникало в сердце и преображало его, делало его горящим во славу Божию (не в смысле экстаза, а в смысле любви). Противостоять этому огню не могло бы ни одно сердце, ибо это был огонь благодати Духа Святого. Однако, проникая в сердце, апостол ни мало не старались завладеть ими. Что это значит? Значит, если встречалось малейшее сопротивление - апостолы останавливали действие своей власти - и человеческое сердце оставалось свободным испытывать все, что ему было угодно.

В первый день сошествия Св. Духа по слову апостольскому: “охотно принявшие слово крестились - душ около трех тысяч”. Те, кого сердца раскрывались навстречу проповеданной истине (охотно, добровольно) только те присоединились.

Пользуясь же своей властью, апостолы могли бы присоединить к Церкви гораздо больше, даже всех.

Труд апостольский был не в том, чтобы они благовествовали о Христе: они не могли не благовествовать, ибо Дух Святой говорил их устами.

Но труд их был в том, что, имея власть покорить всех, они никого не покоряли, кроме охотно принимающих благовестие. Труд в полном бездействии своей власти.

Как мы уже упоминали, Ап. Павел изъясняет это так (I Кор. 9, 16-23): я получаю награду не за то, что я благовествую, ибо это моя обязанность, я исполняю вверенное мне служение, и горе мне, если я не благовествую. Награда же за то, что проповедую Евангелие безмездно, не пользуясь моей властью в благовествовании (и далее он объясняет, как это трудно, ибо нужно порабощать себя всем, уничтожать в себе всю свою силу, чтобы привлечь ко Христу, хотя немногих).

Второй род власти апостольской - это власть наказания или вернее отмщение. Эту власть уже совершенно явно отменил Сам Господь Иисус Христос еще при жизни, сказав апостолам, предлагавшим попалить небесным огнем не принявших их самарян: не знаете, какого вы духа”. Конечно, после сошествия Св. Духа апостолы вполне узнали, какого они Духа, и не дерзали нарушить слово Спасителя*.

* Некоторые могут указать на ослепление Елима волхва Ап. Павлом. (Деян 13. 11) Но в данном случае была временная защита “от врага всякой правды”, ибо проконсул Сергий в гор. Пафе пожелал услышать слово Божие, а Елима волхв, находившийся с проконсулом, всячески противился. И Ап. Павел сказал: “Ты не увидишь солнца до времени”, т.е., до укрепления в вере, человека, расположенного принять Христа. О причине смерти Анании и Сапфиры мы говорили в 4-ой главе (Церковь Огненная). Вообще же не следует забывать слова Св. Иоанна Златоуста - по истине пророка любви - об Ап. Петре и прор. Илье. “Видишь ли, Бог попустил впасть в грех, столпам, оплотам и твердыням (т.е., Ап. Петру н прор. Илие), чтобы они, встретив какого-нибудь грешника, не вздумали оказать ему немилосердие”

Перейти на страницу:

Похожие книги

Exemplar
Exemplar

Генрих Сузо (1295/1297—1366) — воспитанник, последователь, апологет, но отчасти и критик своего учителя Майстера Экхарта (произведения которого уже вышли в серии «Литературные памятники»), суровый аскет, пламенный экстатик, проповедник и духовник женских монастырей, приобретший широкую известность у отечественного читателя как один из главных персонажей знаменитой книги И. Хёйзинги «Осень Средневековья», входит, наряду со своим кёльнским наставником Экхартом и другом Иоанном Таулером (сочинения которого еще ждут своего академического представления российской аудитории), в тройку великих мистиков позднесредневековой Германии и родоначальников ее философии. Неоплатоновская теология Экхарта в редакции Г. Сузо вплотную приблизилась к богословию византийских паламитов XIV в. и составила его западноевропейский аналог. Вот почему творчество констанцского харизматика несомненно окажется востребованным отечественной религиозной мыслью, воспитанной на трудах В. Лосского и прот. И. Мейендорфа, а его искания в контексте поиска современных форм духовной жизни, не причастных церковному официозу и альтернативных ему, будут восприняты как свежие и актуальные.Творения Г. Сузо не могут оставить равнодушными и в другом отношении. Прежде всего это автобиография нашего героя — «Vita», первая в немецкой литературе, представляющая собой подлинную энциклопедию жизни средневековой Германии: кровавая, откровенно изуверская аскеза, радикальные способы «подражания Христу» (умерщвление плоти, самобичевание) и экстатические созерцания; простонародные обычаи, празднества, чумные эпидемии, поклонение мощам и вера в чудеса, принимающие форму массового ажиотажа; предметная культура того времени и сцены повседневного быта социальных сословий — вся эта исполненная страстей и интеллектуальных борений картина открывается российскому читателю во всей ее многоплановости и противоречивости. Здесь и история монастырской жизни, и захватывающие катехизаторские путешествия Служителя — литературного образа Г. Сузо, — попадающего в руки разбойников либо в гущу разъяренной, скорой на расправу толпы, тонущего в бурных водах Рейна, оклеветанного ближайшими духовными чадами и преследуемого феодалами, поклявшимися предать его смертельной расправе.Издание включает в себя все немецкоязычные сочинения Г. Сузо — как вошедшие, так и не вошедшие в подготовленный им авторский сборник — «Exemplar». К первой группе относятся автобиография «Vita», «Книжица Вечной Премудрости», написанная в традициях духовного диалога, «Книжица Истины» — сумма и апология экхартовского богословия, и «Книжица писем» — своего рода эпистолярный компендиум. Вторую группу составляют «Большая книга писем», адресованных разным лицам и впоследствии собранных духовной дочерью Г. Сузо доминиканкой Э. Штагель, четыре проповеди, авторство двух из которых считается окончательно не установленным, а также медитативный трактат Псевдо-Сузо «Книжица Любви». Единственное латинское произведение констанцского мистика, «Часослов Премудрости», представлено рядом параллельных мест (всего более 120) к «Книжице Вечной Премудрости» — краткой редакции этого часослова, включенной в «Exemplar». Перевод сопровожден развернутыми примечаниями и двумя статьями, посвященными как творчеству Г. Сузо в целом, так и его «Часослову Премудрости» в частности.

Генрих Сузо

Религия, религиозная литература