Читаем Тайна святых полностью

И, следуя Христу, Ап. Павел ко всем любовен (даже грозя детям своим духовным, просит у них прощения). Он учит: “будьте братолюбивы друг к другу с нежностью, в почтительности друг друга предупреждайте” (Римл. 11, 10). Но лишь только речь заходит о ревнителях закона тон его резко меняется. Здесь необходимо обличение, чтобы каждый знал, с кем он имеет дело, и проповедник любви восклицает: “Берегитесь псов, берегитесь злых делателей, берегитесь обрезания”. (Филип. 3, 2).

Напрасно думать, что обрезанные исчезли вместе с иудеохристианством. О нет, это понятие становится символом. На протяжении мировой истории церкви обрезанные являются под самыми разнообразными хитрейшими личинами.

Чтобы показать зло, которое они совершали и совершают, необходимо было бы рассказать без пропусков историю жизни христианских народов и на каждом шагу указывать опустошения любви, которые они производят.

Признак их духа, по которому тотчас они становятся видимыми: отсутствие любви (действия наперекор заповеди Христа: "Новую заповедь даю вам: да любите друг друга”).

Благовествующий Христа любит людей (светится Духом Святым). Для ревнителей человек безразличен, для них все в мертвой букве. Живые люди (драгоценность Божия - души) есть только материал для исполнения буквы. Они всегда презирают, гонят, ненавидят человека ради бедных вещественных начал.

Ап. Павел* так определяет антихристов дух в церкви: “противящийся н превозносящийся выше всего называемого Богом или святынею, так что в храме Божием сядет он, как Бог, выдавая себя за Бога” (II Фесал. 2,4).

Кто больше всех превозносится? - тот, кто уверен в своей праведности “я исполняю весь закон и потому блюду чистоту церкви”.

* Здесь содержится только намек на разрешение мучительнейшего недоумения об антихристе в церкви. Подробный анализ дается в главе “Маранафа” и в “Благовестии апокалипсиса”.

Этот грех имеет роковое свойство: в нем невозможно покаяться: “в чем же каяться, если я исполняю все предписания?”. Зло, причиняемое им, действует на всем протяжении существования церкви на земле, как разъедающая тело церкви, тайная язва. Про свое время Павел утверждает: “тайна беззакония уже в действии”.

Это свидетельство в корне подрывает наивное мнение, что антихрист - какое-то определенное историческое лицо, имеющее явиться, нет, это дух категории людей, действующих на всем протяжении церковной истории. Он будет обнаружен только Самим Христом, Который “истребит его явлением пришествия своего”.

Тоже подтверждает и апокалипсис. В “Откровении Св. Иоанна” те, кто остаются до последнего момента (после всех призывов к покаянию - грозных, как разрушение великого города и милостивых, как прославление церкви), - все-таки нерастворимым зерном противления Христу названы Гога и Магога (число их, как песок морской). Они будут уничтожены огнем с неба. (Откр.20,7,8).

Св. Андрей Кесар. в своем толковании на апокалипсис говорит, что Гога и Магога слова еврейские и значат: собрание и превозношение (иначе собрание превозносящихся).

ВРЕМЯ БЛАГОДАТНОЕ

После мученической кончины диакона Стефана “произошло великое гонение на церковь в Иерусалиме – говорится в Деяниях Апостолов; - и все, кроме Апостолов, рассеялись по разным местам Иудеи и Самарии”.

Это краткое сообщение: “все рассеялись, кроме Апостолов” - имеет глубочайшее значение: и явное и тайное.

Тайно указывается на силу Божию, охраняющую избранников Христовых, многие ученики убиты; заключены в темницу и никто не мог выдержать гонения - все рассеялись, но Апостолы остаются как бы невидимыми.

Ненависть сосредоточена именно на них, главных виновниках проповеди о воскресении “нами уничтоженного этого человека”.

Говорится о гонителе: дыша угрозами и убийством на Апостолов, он едет в Дамаск, чтобы и там уничтожать их учеников. А Апостолы, как бы ничего и не случилось, остаются невредимыми в самом Иерусалиме.

Эта, при общих бедствиях охраняющая святых сила Божия действует и во всей последующей истории церкви Христовой. Никакие общенародные испытания - голод, моровая язва, войны и проч.- не страшны избранникам Божиим, призванным к особому Служению. Они несут крест за малых сих, за всю церковь - соучаствуют в деле Агнца, как бы закланного.

Но крест их единоличный, у каждого свой, как различно и служение их во Христе. И насильственная смерть святого, если угодно Господу прославить Себя через мученическую кончину своего верного свидетеля, попускается в известное время и не сливается с моментами общего поражения.

Явно в сообщении: - “все рассеялись кроме апостолов” - открывается промысел Божий о дальнейшей судьбе церкви и о новых отношениях к церкви Апостолов.

Отношения эти будут уже иные, чем были в огненной церкви, где великая благодать Духа Святого всех озаряла своим светом, и было одно сердце и одна душа у всех. Теперь, вследствие начавшегося греха, великий свет отошел от церкви.

Наступило новое состояние, которое Ап. Павел знаменует так: “многими скорбями надлежит нам войти в Царствие Божие”.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Exemplar
Exemplar

Генрих Сузо (1295/1297—1366) — воспитанник, последователь, апологет, но отчасти и критик своего учителя Майстера Экхарта (произведения которого уже вышли в серии «Литературные памятники»), суровый аскет, пламенный экстатик, проповедник и духовник женских монастырей, приобретший широкую известность у отечественного читателя как один из главных персонажей знаменитой книги И. Хёйзинги «Осень Средневековья», входит, наряду со своим кёльнским наставником Экхартом и другом Иоанном Таулером (сочинения которого еще ждут своего академического представления российской аудитории), в тройку великих мистиков позднесредневековой Германии и родоначальников ее философии. Неоплатоновская теология Экхарта в редакции Г. Сузо вплотную приблизилась к богословию византийских паламитов XIV в. и составила его западноевропейский аналог. Вот почему творчество констанцского харизматика несомненно окажется востребованным отечественной религиозной мыслью, воспитанной на трудах В. Лосского и прот. И. Мейендорфа, а его искания в контексте поиска современных форм духовной жизни, не причастных церковному официозу и альтернативных ему, будут восприняты как свежие и актуальные.Творения Г. Сузо не могут оставить равнодушными и в другом отношении. Прежде всего это автобиография нашего героя — «Vita», первая в немецкой литературе, представляющая собой подлинную энциклопедию жизни средневековой Германии: кровавая, откровенно изуверская аскеза, радикальные способы «подражания Христу» (умерщвление плоти, самобичевание) и экстатические созерцания; простонародные обычаи, празднества, чумные эпидемии, поклонение мощам и вера в чудеса, принимающие форму массового ажиотажа; предметная культура того времени и сцены повседневного быта социальных сословий — вся эта исполненная страстей и интеллектуальных борений картина открывается российскому читателю во всей ее многоплановости и противоречивости. Здесь и история монастырской жизни, и захватывающие катехизаторские путешествия Служителя — литературного образа Г. Сузо, — попадающего в руки разбойников либо в гущу разъяренной, скорой на расправу толпы, тонущего в бурных водах Рейна, оклеветанного ближайшими духовными чадами и преследуемого феодалами, поклявшимися предать его смертельной расправе.Издание включает в себя все немецкоязычные сочинения Г. Сузо — как вошедшие, так и не вошедшие в подготовленный им авторский сборник — «Exemplar». К первой группе относятся автобиография «Vita», «Книжица Вечной Премудрости», написанная в традициях духовного диалога, «Книжица Истины» — сумма и апология экхартовского богословия, и «Книжица писем» — своего рода эпистолярный компендиум. Вторую группу составляют «Большая книга писем», адресованных разным лицам и впоследствии собранных духовной дочерью Г. Сузо доминиканкой Э. Штагель, четыре проповеди, авторство двух из которых считается окончательно не установленным, а также медитативный трактат Псевдо-Сузо «Книжица Любви». Единственное латинское произведение констанцского мистика, «Часослов Премудрости», представлено рядом параллельных мест (всего более 120) к «Книжице Вечной Премудрости» — краткой редакции этого часослова, включенной в «Exemplar». Перевод сопровожден развернутыми примечаниями и двумя статьями, посвященными как творчеству Г. Сузо в целом, так и его «Часослову Премудрости» в частности.

Генрих Сузо

Религия, религиозная литература