Читаем Тайна рубина полностью

3. Точного положения месторождения на плане нет. Но несколько полустертых строк у правой стороны листа есть не что иное, как объяснение последнего этапа пути. Вот что там можно было прочитать:

…пересе

и итти поле

ой возле кусто

тальника к высо

веннице на б

ень от дер 10

саж

и дальше уже сознательно зашифровано. Или, может быть, составитель плана считал лучше сделать пояснение рисунком.

Первую часть нетрудно было расшифровать следующим образом:

пересе(чь) (что-то)

и итти поле (в)

ой (речке?) возле кусто (в)

тальника к высо (кой)

(лист) веннице на б(елый)

(кам)ень от дер(ева)

10 саж(еней),

а дальше следовал непонятный рисунок.

Прямая линия со стрелкой между круглым предметом и изображением, похожим на куст, означала расстояние, и оно, конечно, равно 10 саженям, как и сказано в пояснении. Но что означает этот круглый предмет?

Морозов еще раз прочел расшифрованные строки.

- Ну, ясно!.. Не может быть другого толкования!- воскликнул он.- На белый камень от дерева… Круглый предмет - белый камень, а куст - изображение лиственницы в плане. А дальше… Это дерево… Ах, чудак этот Антипов! Конечно, он не имел компаса и заменил его деревом, крона которого пышнее развита с южной стороны, а стрелка проведена от стороны, где крона развита беднее. Значит, Белый камень расположен на север от лиственницы.

Главное было разгадано, оставалось выяснить, каким путем Антипов попадал к речкам.

«Липова… Липова..,- повторял Морозов, заметив это слово в верхнем углу плана.- Да это - Липовая гора! Пунктирная линия - путь от какого-то селения… На плане квадратиками изображены избы по обе стороны. Есть! По обе стороны Кусинского пруда. Стрелка «к таг» означает: от Кусинского завода нужно идти к Таганаю, а дальше все понятно».

Утомленный, но довольный, Морозов только под утро окончил расшифровку плана.

Он установил, что к месторождению имеет какое-то отношение изображенная на плане Пещера трех старцев.

«Она чем-то характерна для района месторождения»,- подумал Морозов. Неизвестным осталось только название второй речки.

Просмотрев записи, Морозов в дополнение к схеме Антипова составил свою. Тайна рубина оживила скучную работу по обработке полевых материалов.

В свободное время Морозов стал читать книги по минералогии. Эта наука раньше казалась ему скучной. Профессоров-минералогов, всегда окруженных пыльными обломками камней, он считал маньяками. Но когда он открыл книгу академика Ферсмана «Самоцветы России», то он не мог оторваться от нее, пока не прочитал до последней страницы. Прекрасный знаток мертвой природы, Ферсман сумел оживить камень, он вдохнул в него жизнь.

Запылал рубин, загорелся зеленым огнем изумруд, встала очаровательной легендой судьба священного камня нефрита. Под пером академика ожили древние восточные сказки о драгоценных камнях.

О рубине Морозов прочитал у Ферсмана следующее:

«Красным камнем не богата русская природа. В 1824 году был открыт на Урале первый некрасивый корунд; находка невзрачного камня в россыпях Березовки была правильно определена известным знатоком камней Саймоновым, назвавшим этот камень - корунд, сапфир, рубин. Прошло почти сто лет со времени пророчества профессора минералогии Соколова, но найти на Урале настоящий красный самоцвет не удавалось русскому человеку, и только Полярная Сибирь подарила нас краснобурыми и красными сердоликами… Но искристого, настоящего красного камня мы до сих пор не знаем у нас»

Прочитав это заключение, Морозов достал антиповский рубин и подумал:

«Вот он - искристый, красный камень, настоящий и найденный на Урале. Может быть, там, возле притоков Миасса в отрогах Ильменских гор, находится первое, еще не известное минералогам месторождение этого драгоценного камня».

Немногочисленная литература о самоцветах подтверждала возможность нахождения рубинов на Южном Урале. Но заключение академика Ферсмана оставалось в силе: «еще никто на Урале не находил чистого рубина большого веса, несмотря на то, что корундовые месторождения Урала очень многочисленны. Отдельные находки рубинов и сапфиров - большая редкость».

«После находки в 1858 году в Корниловом логу крупного сапфира начались систематические разведки по реке Шиловке (недалеко от Мурзинки), но удалось найти в галечнике только четыре крошечных рубина и один сапфир. Кусочек сапфира, найденный в 1858 году, был огранен и представлен Александру II, как особая ценность… Вот, пожалуй, и все».

На отмелях рек крестьяне часто находили небольшие гальки, окрашенные в разные цвета. Среди обломков кварца, полевого шпата и граната попадались корунды самых разнообразных оттенков: синие, синевато-красные, фиолетовые, а иногда красные и даже сине-черные. Но цвет их был нечистый, и вес редко превышал половину карата. Очень редко находили рубины в 2-2,5 карата. Таков Средний Урал.