Читаем Тайна России полностью

Это было неизбежно, поскольку в демократии источник власти был уже не в Боге (как в монархии), а в греховной "воле народа", которой прикрывались эгоистичные устремления богатейших слоев общества, ставших вольными или невольными инструментами "тайны беззакония". И сама цель такой демократии была выражена в теории «прогресса» как все большее достижение обществом исключительно земного счастья, что лишало смысла обетование Христа о Царствии Божием. Таким образом, западная «демократия» — это не просто форма правления, внешне противоположная монархии, но и система мировоззрения, противоположного христианскому.

Эта основная тайна западной демократии очень символично иллюстрируется демократическим решением "народного большинства" о распятии Христа — Самой Истины. Римский наместник Пилат хотел отпустить Христа, не находя причин для его казни, но евреи "продолжали с великим криком требовать, чтобы он был распят; и превозмог крик их и первосвященников. И Пилат решил быть по прошению их" (Лк. 23:23–24). Кто побудил евреев к такой ненависти против Христа, мы уже знаем: "Ваш отец диавол, и вы хотите исполнять похоти отца вашего… (Ин. 8:44). Таким образом, если власть не служит Богу, она служит целям его противника.

Эта религиозная ложь демократии в еще большей степени, чем ее политическая суетность, отталкивала русское самосознание. Даже многие российские демократы, попав после революции на Запад, сразу же разочаровались в демократии и дали ей уничтожающие оценки.

Например, Бердяев писал: "Секулярная демократия… хочет политически устроить человеческое общество так, как будто Истины не существовало бы…. Вообще, "воля народа не может быть арифметически выражена… То оторванное человеческое поколение очень краткого отрывка исторического времени, исключительно современное поколение и даже не все оно, а какая-то часть его, возомнившая себя вершительницей исторических судеб, не может быть названо народом. Народ есть великое историческое целое, в него входят все исторические поколения, не только живущие, но и умершие, и отцы и деды наши… Самоутверждение современного поколения, превозношение его над умершими отцами и есть коренная ложь демократии" ("Новое средневековье", 1924).

И даже масон-демократ В.А. Маклаков увидел "великую ложь" западной демократии: это "спортивный спектакль, где очень часто думали не столько о пользе и судьбе всего государства, сколько о сохранении или приобретении власти". Такие методы правления "соответствовали «волчьей» природе людей и понижали качество государственной деятельности… Добрые начала в человеке и они подавляли" ("Еретические мысли", 1948).

Однако подобная критика демократии послереволюционными эмигрантами — запоздалые интеллигентские прозрения. Ранее эта же интеллигенция сама находилась в рядах "пятой колонны" западной апостасии в России — в то самое время, когда "тайна беззакония" прочно утвердилась у власти в своих демократиях и в начале XX в. поставила цель глобального господства.

11. Россия и революция

Раньше враги России действовали против нее в основном территориально-захватнически, не сознавая историософской цели своих действий и не видя себя исполнителями плана сатаны. Таков был и Наполеон, несмотря на свою демоническую гордость.

После 1848 г. новая, финансово-капиталистическая, формация апостасии стала воочию воспринимать православную Россию как главное препятствие своему мировому господству. Ведь после переломной Французской революции (1789), открывшей эпоху уничтожения последних местно-удерживающих (монархических) черт западной государственности, дальнейшая волна аналогичных попыток (1848) была остановлена вмешательством России: сначала в защиту австро-венгерского престола, затем поддержкой монархической Германии (против французов) при ее объединении. Вот в чем был смысл пророческих слов Тютчева, около 20 лет проведшего на дипломатической работе на Западе (в основном в Германии):

"Давно уже в Европе существуют только две действительные силы — революция и Россия. Эти две силы теперь противопоставлены одна другой и, быть может, завтра они вступят в борьбу. Между ними никакие переговоры, никакие трактаты невозможны; существование одной из них равносильно смерти другой! От исхода борьбы, возникшей между ними, величайшей борьбы какой когда-либо мир был свидетелем, зависит на многие века вся политическая и религиозная будущность человечества".