Читаем Тайна Ла-Манша полностью

— Спасибо вам, инспектор, на добром слове. И все-таки я хотел бы поговорить прямо сейчас. Гораздо легче рассказывать о таких вещах в приватной обстановке. Хотя потом придется все повторять, ну да ладно. Знаете, раз уж я собрался рассказывать все как было, думаю, адвокат мне не очень-то и пригодится.

— Ну что ж, я могу только повторить свое предупреждение, а вы вольны поступать так, как считаете нужным.

— Я хочу все вам рассказать. Только не знаю, с чего начать. Что именно вам известно и с какого момента вы хотели бы проследить за ходом событий?

— Начните примерно с того обеда в среду вечером, который был своего рода деловой встречей. Если вы что-то упустите, я переспрошу. Картер, сядьте поближе, будете вести протокол. Я весь внимание, мистер Реймонд.

Какое-то время он молчал, не решаясь заговорить, но потом отчаянно махнул рукой, словно хотел сказать: будь что будет.

— Пожалуй, мне лучше начать с чуть более раннего времени, чтобы вы могли понять, что происходило в ту среду и почему я действовал именно так, а не иначе. Во вторник днем Моксон вызвал меня в свой кабинет и сказал, что либо в четверг, либо в пятницу у него должна состояться встреча с весьма важным для нас клиентом, с одним французским финансистом, у которого огромное состояние. Этот человек приехал погостить к своим друзьям, живущим в Фекане, и Моксон надеялся, что сумеет этим воспользоваться и провернуть крупную сделку.

«Он заядлый яхтсмен, — объяснил Моксон, — и, по-моему, добиться его расположения будет проще всего во время прогулки на «Нимфе». Так называется его яхта, а впрочем, вам же это известно… Я хочу, чтобы ты поехал со мной, — сказал Моксон, — если мне все-таки удастся вырулить на нужный разговор, ты сделаешь необходимые записи. Я не хочу тащить с собой стенографиста, боюсь, что француз сразу сообразит, что ему хотят что-то навязать». Программа предлагалась такая. В четверг вечером мы отправляемся с финансистом обедать, и за обедом Моксон пригласит его на морскую прогулку, завтра же утром. То есть в пятницу.

Честно говоря, я возроптал, представив, что после позднего обеда в среду, по сути дела после бессонной ночи, придется в немыслимую рань тащиться на море. Но Моксон сказал, что он и об этом подумал. После обеда он сразу поедет в Фолкстон, где на приколе стоит его «Нимфа», прямо на борту переночует, и с утра пораньше поплывет в Фекан. Он предложил мне тоже переночевать на его яхте, и я согласился. Потом он уточнил, что поедет на машине и предложил поехать с ним вместе. Я принял и это его приглашение.

На следующий день в среду я собрал чемодан, взял все, что требовалось для этих двух-трех дней. Положил смокинг, пару сорочек, костюм для прогулки на яхте. То есть это все сделал мой слуга, но вы меня поняли.

— Поскольку вы даете показания, то советую вам быть предельно аккуратным и точным, мистер Реймонд.

— Да-да. Я буду более внимательным. Итак, после обеда мы сели в машину Моксона, он сам был за рулем. И покатили мы…

— Где вы переодевались в вечерний костюм? — перебил его Френч.

— В конторе. У нас там есть одна комнатка, мы иногда используем ею в качестве гардеробной.

— А почему вы не поехали домой?

— Моксон задержался и попросил ему помочь. Работы действительно было выше крыши. Надо было сделать и то, что планировалось на четверг и пятницу. В общем, работали мы, как говорится, в поте лица. Но Моксон готов был потерпеть, лишь бы угодить французу, лишь бы состоялась их сделка. Ну так вот, сели мы с Моксоном в машину и покатили в Фолкстон. Там он поставил машину в гараж, мы погрузились на «Нимфу». А потом…

— Минуточку, теперь, пожалуйста, помедленнее и как можно более подробно. Когда вы приехали в Фолкстон, то где высадились?

— На углу так называемой Внутренней гавани и гаража, он тоже при гавани. Вы хорошо представляете это место?

— Да. Вполне. У вас был с собой какой-нибудь багаж?

— Конечно. А разве я не сказал? У меня был чемодан с костюмом для вечера и с вещами для прогулки, ну и, разумеется, пижама и все прочее. У Моксона тоже был чемодан.

— И что вы сделали с этими чемоданами?

— Я вытащил их из багажника и поставил рядом с трапом, по которому мы должны были спускаться. А Моксон поехал в гараж, чтобы оставить там машину.

— Он долго отсутствовал?

— Да нет. Минут пять, не больше. К трапу была прицеплена лодка. И когда он пришел, мы в нее сели, подплыли к «Нимфе», с той стороны, где открывается бортик. В общем, забрались мы на борт. Было это примерно в три часа ночи.

Реймонд остановился, и странное выражение мелькнуло на его глазах. Будто он сказал самому себе: «Ну вот, легкая часть позади, теперь начинается самое трудное». Френч насторожился. Не означала ли эта перемена, что Реймонд приготовился врать?

Надо сказать, до этого момента он говорил правду, Френч все время мысленно сопоставлял его показания с тем, что известно полиции. Интересно, что будет дальше?