Читаем Тайна Ла-Манша полностью

Ей-богу, ему повезло, что в голове у этого человека помещалась целая энциклопедия, и не одна. Ибо ожидание их сильно затянулось. Четыре с половиной часа они провели на пристани, вся их пятерка. Только в половине восьмого в море замаячил «Щегол». Встречающие спрятались за складскими сараями и за кранами, наблюдая за тем, как идет швартовка.

Как только опустили трап, Френч с Ноулзом и Картером поднялся на борт. Местные полицейские остались сзади, держа в поле зрения другие возможные подходы и выходы. Когда Френч приблизился к капитанскому мостику, к нему спустился сам капитан.

— Инспектор Френч, департамент лондонского уголовного розыска, — вполголоса представился он.

Капитан кивнул и молча махнул рукой в сторону штурманской рубки.

Когда они зашли в рубку и сели, капитан заговорил сам.

— Я велел ему немного прибраться, под присмотром старшего механика. Так что никуда этот голубчик не денется, не беспокойтесь. Главное выяснить, тот ли это человек, который вам нужен.

Френч достал свой апробированный набор фотоснимков.

— Взгляните, нет ли его среди этих людей.

Капитан просматривал их быстро, но без суетливости. На него действительно можно положиться, подумал Френч. Но вот дошла очередь до фотографии Реймонда. Капитан взял ее в руку и внимательно присмотрелся.

— Он самый, — жестко сказал он.

— Вы уверены?

— Абсолютно.

Френчу стоило огромного труда не выдать охватившего его волнения. Это он, Реймонд! Неуловимый Реймонд почти пойман, а это означает — по большому счету, — что близится конец этого чертова дела. Конечно, этим триумфом Френч обязан не столько себе, сколько другим, но все равно это триумф, долгожданная победа! Одно Френч знал точно. Отныне это расследование будет у него ассоциироваться в первую очередь со старым капитаном Куэйлом! С благородным морским волком!

— Как он вел себя на борту?

— Ни единого нарекания.

— Вы сейчас прибыли из Осло?

— Да. Отплыли во вторник, примерно в три часа пополудни.

— Он не пытался там сбежать?

— Нет, и когда мы были в Ньюкасле, это еще до Осло, тоже ничего подобного. Я вообще тогда еще ни в чем его не подозревал. И еще не следил за ним. Так что он мог запросто покинуть судно.

— А почему вы вдруг стали его подозревать? — спросил Френч.

— Давайте-ка я лучше расскажу все по порядку, — предложил капитан. — Мы привезли в Дьепп уэльский уголек, стояли на разгрузке. Прибыли мы туда вечером в среду, а в субботу утром налегке, но, разумеется, с балластом, должны были отправиться в Осло. Вечером в пятницу после обеда я решил немного пройтись по берегу. И тут же на пристани ко мне подошел молодой парень. Очень вежливо поинтересовался, не я ли капитан этого судна. На что я ему сказал, он самый и есть. Тогда он заявил, что неожиданно попал в тяжелое положение и умолял его выручить. Признаться, он сразу мне понравился, и вместо того, чтобы сказать «катись ты к черту!», что сделал бы всякий другой на моем месте, я стал спрашивать, что с ним такое приключилось. Он сказал, что вел себя как последний идиот.

Что он приехал сюда отдыхать и напоследок решил заглянуть в казино. А там к нему подсел шулер. Он даже и опомниться не успел, как у него в карманах не осталось ни единого пенни. Он тут один, ни знакомых, ни друзей, ни денег, так что пришлось продать обратный билет. Совсем недавно, по чистой случайности, он узнал от кого-то из моряков, что на моем судне есть вакансии. И если мне действительно требуется человек, он умоляет проявить великодушие и вписать его в судовую роль[45]. Он согласен и на то, чтобы его никуда не вписывали, согласен работать за еду и за то, что его доставят в Англию. Ну, короче, мне он показался хорошим парнем, это я уже говорил, и, представьте, я тут же ему поверил. Он не ныл, не скулил, сразу спросил, чем ему придется заниматься. Посмотрел я на него: вроде крепкий, не рохля. Подойдет для кочегара. А у нас как раз не хватало кочегара, и старший механик все время ворчал по этому поводу. Ну, думаю, раз такое дело, выручу парня. Ну и пустил его на борт.

Куэйл замолчал, чтобы перевести дух, открыл шкафчик и достал из его недр бутылку.

— Лучший французский коньяк многолетней выдержки, — сообщил он. — Не хотите немного, для бодрости, а, инспектор?

— От такого коньяка не отказываются, — тут же сдался Френч. — Только совсем немного. Мне нельзя расслабляться, пока я не заполучу этого молодца.

— Не беспокойтесь. Он под надежным присмотром. Итак, мы остановились на том, что я нанял его. Все честь по чести, официально зачислил в состав команды кочегаром, занес в судовую роль. Он сразу приступил к работе. Доплыл с нами до Осло, потом оттуда до Ньюкасла, а от Ньюкасла мы снова двинулись к Осло. Старший механик докладывал, что новенький хорошо справляется.