Читаем Тайна Ла-Манша полностью

Констебль, поставленный у заднего входа в здание концерна «Генеральный банк ценных бумаг», пропустил Френча внутрь. Хотя было уже почти восемь часов, в кабинетах начальников продолжала кипеть бурная деятельность. Правда, большинство младших сотрудников и клерков ушли домой, но все руководители отделов оставались на местах, они подсчитывали убытки. Для большинства из них грянувшая катастрофа была отвратительным и непостижимым сюрпризом. Они, в качестве подчиненных, подумывали иногда о том, что могли бы вести дела куда лучше начальства, такова природа вещей. Но при всем при том в глубине души знали, что фирма их крепко стоит на ногах. Грянувшее вдруг банкротство они восприняли как гром среди ясного неба. Рухнула не только их святая вера в незыблемую надежность, рухнуло их благополучие, поскольку крах этот лишал и самих их материальной поддержки. Легкое недоумение застыло на их бледных взволнованных лицах, а голоса были неестественно тихими.

Нолана и Ханифорда Френч нашел в кабинете Моксона, они сосредоточенно рылись в гроссбухах, разложенных на столе. Комната была очень просторной и богато украшенной. Этот роскошный интерьер, вкупе с именами титулованных компаньонов, должен был производить соответствующее впечатление на посетителей, рождать в их очарованных умах ощущение абсолютной надежности данного предприятия, финансового рая. Нолану и Ханифорду помогали двое высокопоставленных сотрудников и секретарша, которая записывала цифры и стенографировала выводы, их сопровождавшие. Увидев входящего в дверь Френча, Нолан бросил ручку на стол и откинулся на спинку кресла. Его лицо было серым от усталости, под глазами были черные круги.

— Уже восемь часов, — сказал он тусклым измученным голосом. — Я больше не могу. Хватит. Я не сплю вторую ночь, а сегодня целый день не ел, сил никаких. У кого они есть, продолжайте, но лучше всем отправиться по домам, оставить эти чертовы гроссбухи в покое до завтрашнего утра.

Ханифорд тоже откинулся на спинку кресла.

— Совершенно согласен с мистером Ноланом, — заявил он. — Мы и так уже слишком засиделись. Предлагаю собраться завтра утром. Гроссбухи убирать не будем, пусть лежат, как лежат. А двое полицейских пусть ночью их постерегут, чтобы никто их не трогал. — Он медленно поднялся, пытливо изучая Френча. — Вы ведь инспектор Френч из Скотленд-Ярда? Промните, как мы с вами встречались на одном деле? По поводу аферы на Мисинг-лейн[16]? Вы не могли бы дать нам пару своих людей? Чтобы они присмотрели ночью за всеми этими «амбарными книгами»? А то снова расставлять их по шкафам жуткая морока.

— Добрый вечер джентльмены, — поздоровался со всеми Френч, входя в комнату. — Рад вас снова видеть, мистер Ханифорд. Я отправлю к вам сюда двоих констеблей, обязательно. Как хорошо, что я нашел вас тут, вас и мистера Нолана. Мне нужно с вами обоими поговорить.

— Боюсь, длинный разговор мне не по силам, инспектор, — заявил Нолан, — разве что вас устроит спящий собеседник. — Он устало потянулся. Его помощники, немного помедлив, тоже позволили себе потянуться. Только Ханифорд продолжал сидеть в той же позе.

— Я согласен хотя бы на короткую беседу, мистер Нолан, — улыбнулся Френч. Он уселся рядом с Ханифордом и, чуть понизив голос, сказал:

— Я только что от помощника комиссара. Он велел обговорить с вами некоторые тонкости нашего дела. Мистер Ханифорд, его очень волнуют номера исчезнувших купюр. Как бы нам их получить? Это, наверное, не очень сложно.

— Как раз наоборот. У меня пока не было времени вплотную этим заняться, но по моим сведениям, никаких документов, где были бы зафиксированы номера, нет. Разве что попытаться отловить их в других банках, где они осели. В отчетах кассиров.

Френч пожал плечами.

— Полагаю, это вряд ли удастся, — заметил он, — если отчисления платежей в другие банки не зарегистрированы.

— Они не зарегистрированы. Все было проделано в строгом секрете.

— Что ж, этого следовало ожидать. Тем не менее, мистер Ханифорд, я должен знать наверняка. У вас не найдется завтра для меня несколько минут, чтобы обсудить эту проблему?

— Разумеется, инспектор. Я все проверю, для того я здесь и нахожусь.

— Отлично, я приду в половине десятого. Доброй ночи, мистер Ханифорд. Сейчас же отправлю к вам констеблей. Мистер Нолан, если вы не против, мы можем вместе выйти, по дороге и поговорим.

Они молча спустились по лестнице и вышли на улицу. У дверей инспектор задержался, чтобы передать распоряжение насчет ночного поста в кабинете Моксона, а потом обернулся к Нолану.

— Весьма сожалею, что вынужден вас побеспокоить, хотя вы уже еле держитесь на ногах от усталости, но служба, знаете ли. Я обязан задать вам несколько вопросов, иначе не смогу продвигаться вперед. Может быть, нам вместе пообедать? В «Орлеане» есть отдельный кабинет. Там нам никто не помешает. Думаю, за обедом все и обсудим.

Нолан молчал. Было очевидно, что он предпочел бы сразу отправиться домой. Но при сложившихся обстоятельствах он был человеком подневольным. И, едва сдержав досаду, он все же принял приглашение инспектора.