— У них была возможность реабилитировать себя, но, разумеется, они прозевали ее. Когда китаец с женщиной были в доме, я почти задержал их. Если бы полиция тогда подоспела вовремя, они не ушли бы. А вот… выскользнули между пальцев. Я не люблю злословить, но мне кажется, что полиция играет какую-то странную роль. Во всяком случае, я умыл руки и покончил с этим делом, — заключил он с важностью свой рассказ.

Господин Скотт дважды в день повторял, что умыл руки в этом деле: за завтраком — своим друзьям, а за обедом — жене.

Так было и в этот вечер. День выдался исключительно жаркий, и Скотт, приняв вечером ванну и облачившись в шелковую пижаму, сел у растворенного окна и с наслаждением вдыхал вечернюю прохладу.

Он увидел, как соседи Мендерсы возвратились из театра, заметил, что другой его сосед, Трэмми, вернулся домой сильно навеселе и долго спорил о чем-то с шофером такси.

Скотт докурил папиросу и готовился уже отойти от окна, когда внимание его привлекли двое прохожих, медленно приближавшихся к дому. Вдруг они завернули в Майфилд.

Скотт насторожился. До него донесся низкий грудной голос:

— Позвольте вам сказать, друг мой, что Уэллингтон Броун верный друг, но и опасный враг…

Скотт затрясся от волнения: Уэллингтон Броун… Тот самый человек, портреты которого он видел в газетах, которого разыскивала полиция…

Другой прохожий ответил что-то тихим голосом. Скотт напряг слух, но ничего не мог разобрать.

— Это не угрозы… — послышался снова грудной голос Уэллингтона Броуна.

Оба спутника поднялись по лестнице и исчезли в доме.

Дрожа от страха, Скотт поднялся с места и подошел к телефону, чтобы позвонить Карверу. Однако ему не удалось этого сделать по той же причине, что и Тэбу: аппарат был испорчен.

Спотыкаясь, он прошел в комнату, накинул поверх пижамы костюм и бегом спустился по лестнице. Он забыл даже надеть ботинки и выбежал на улицу в ночных туфлях.

Остальное известно.

ГЛАВА 22

— Кто и куда пришел? — удивленно спросил Карвер.

— В Майфилд… Двое мужчин… — прерывающимся от волнения голосом прошептал Скотт.

— Двое мужчин пришли в Майфилд? — повторил сыщик. — Когда же?

— Не помню точно. Один из них Броун… — продолжал толстяк.

— Как?! Уэллингтон Броун? Вы в этом уверены? — спросил изумленный сыщик.

— Я слышал его голос… Могу под присягой подтвердить это на суде… — шептал Скотт. — Я сидел у окна и курил папиросу…

Но Карвер уже не слушал его: он кинулся в контору, снова появился через мгновение на улице и, почти втолкнув Тэба в такси, приказал шоферу мчаться стремглав к дому Трэнсмира.

— Я должен был вернуться, чтобы взять ключ от подвальной комнаты, — объяснил он Тэбу. — И, кроме того, эту игрушку.

Тэб услышал щелканье револьвера.

— Если только толстяк не страдает галлюцинациями, то мы будем свидетелями важных событий, — прошептал сыщик.

Он посмотрел в окошко позади кузова: на небольшом расстоянии за ними следовал другой автомобиль.

— Я захватил с собой всех свободных людей, — продолжал Карвер. — Уж не знаю, нашлось ли место для господина Скотта. Иначе придется толстяку идти пешком, — прибавил он с усмешкой.

Майфилд был погружен в полнейшую темноту, когда они подъехали к дому.

Карвер выскочил из автомобиля и, пробежав асфальтовую дорожку, бегом поднялся по лестнице. Тэб следовал за ним по пятам.

Еще миг — и Карвер осветил карманным фонарем замочную скважину и широко распахнул дверь. В то же время полицейские окружили дом.

В передней было совершенно темно. Карвер зажег свет и вошел в столовую. Дверь, ведшая в подвал, была открыта.

— Ого!.. — пробормотал Карвер многозначительно.

Он вернулся в сад, чтобы отдать необходимые приказания людям.

Затем в сопровождении Тэба быстро спустился по каменным ступеням вниз. Дверь в подвальную комнату была заперта. Там было темно.

Карвер быстро вынул из кармана ключ — тот самый, над которым тщетно трудился Вальтерс, — и широко распахнул дверь.

Повернув выключатель, он зажег свет и в ужасе остановился на пороге: посреди комнаты на полу лежал ничком Уэллингтон Броун, весь в крови.

На столе же, как и в день убийства Трэнсмира, лежал тот же окровавленный ключ.

Карвер взял ключ в руки. Никаких сомнений не могло быть: это был ключ старика.

Сыщик в полнейшем недоумении уставился на своего Друга.

— Что вы обо всем этом думаете, Тэб? — спросил он.

Молодой человек не сразу ответил. Он стоял на пороге и пристально смотрел на блестевший у его ног предмет.

— Опять булавка! — удивленно воскликнул Карвер.

Он велел тщательно обыскать весь дом. Однако поиски не привели ни к чему; таинственный спутник Броуна успел скрыться, хотя запах пороха в подвале свидетельствовал о том, что выстрел был произведен совсем недавно.

После того как тело Броуна было осмотрено врачом и убрано, Тэб сказал своему другу:

— Карвер, я сделал непростительную ошибку. Я виноват, что мы остались в дураках. Я мог бы помешать этому второму преступлению, если бы только вспомнил…

— Что же именно? — рассеянно спросил сыщик, как бы нехотя отрываясь от своих мыслей.