Читаем Табия полностью

Он честно пытается представить себе, как вилка, легко соскользнув с деревянной поверхности стола, прыгает ему в руку, но ничего не происходит. Он напрягается, слегка шевеля кончиками пальцев — тот же результат. Наконец, устав пыжиться, он открывает глаза, чувствуя себя полным кретином. Наверное, беспалочковая магия — это нечто такое, что необходимо ощутить хотя бы один раз, чтобы понять принцип. Как полёты на метле.

Гарри внимательно смотрит на злополучную вилку, чуть сощурившись.

— Ко мне, ко мне, иди сюда. Accio! — настойчиво повторяет он себе под нос. Вилка не шевелится. — Давай же! Ко мне! Accio! — Гарри даже закусывает губу от усердия. — Accio! Accio! Да Accio, твою мать!!!

Не успевает он прикрикнуть на упрямую вилку, как та легко вспархивает, словно бабочка, и приземляется ему в ладонь. От неожиданности Гарри вскакивает на ноги, и книга летит на пол ко всем чертям.

Гарри бросается в ванную.

— Accio! — рявкает он на зубную щётку. Та, немного поколебавшись, летит к нему. — Accio! — шампунь срывается с полки. Радостный Гарри уже в спальне. — Accio! Accio! Accio! — стакан с водой, покрывало и ботинки начинают кружить в воздухе. — Шикарно! — восхищённо выдыхает он, чувствуя небольшую слабость от резкого выплеска застоявшейся магии, и прислоняется спиной к стене.

Немного передохнув, он пытается подозвать к себе кресло. Но тяжёлая мебель лишь едва заметно ползёт по полу, отвратительно скрипя по паркету массивными ножками. Ладно, с крупными предметами можно потренироваться и потом, главное — принцип понятен. Не нужно «сосредотачиваться» и «представлять» — нужно просто захотеть, и заклинание сработает.

Странно, он никогда не думал, что это так легко. Он ведь пробовал когда-то, под руководством Люпина, но почему-то ничего не вышло. Сейчас же… Впрочем, причину Гарри, кажется, знает. Похоже, пользуется он магией не совсем своей, а заимствованной. И если это действительно так, то чем больше он будет вступать с Риддлом в контакт, тем сильнее будет становиться. Вяло решив, что свою теорию нужно бы проверить в ближайшее время, он снова хватается за книгу, чтобы посмотреть, какие ещё заклинания могут оказаться у него в арсенале.

Глава 19. Шалость удалась

Гарри просыпается от ставшего уже привычным будильника — оглушительного стука в дверь. Он прекрасно знает, что будить его пришёл Марк — больше некому, — но вставать не торопится. Он лежит, с улыбкой удовлетворения пялясь в потолок и слушая, как стук превращается в барабанную дробь, а затем стихает, когда приятель дёргает ручку двери. Но не тут-то было! Гарри ликует. Пока Марк чертыхается в коридоре и, видимо, лезет за палочкой, он лениво встаёт, накидывает халат поверх пижамы и идёт встречать взломщика. Не успевает он выйти в гостиную, за дверью слышится раздражённое «Alohomora!» — и та наконец-то поддаётся.

— Блин, Гарри, что за хренотень? — хмурится Марк, переступая порог. — Почему дверь снова заперта?

— Да так, — Гарри невинно пожимает плечами. — Перекусишь?

Марк дёргается от неожиданности, когда к нему подлетает вазочка с фруктами.

— Эфенди… — расплывается он в улыбке. — Да ты совсем рехнулся! Как… Как ты это делаешь? — Гарри кивает на лежащую на столе книгу. — А дражайший знает?

— Не имею понятия. Мне всё равно, — он пытается изобразить равнодушие, но что-то внутри начинает нехорошо поскрёбывать. — Слушай, прости за…

— Забыли, — Марк машет рукой. — Я к тебе по другому делу. Кстати, многословных фальшивых поздравлений не нужно и соплей по этому поводу тоже.

Гарри часто моргает, и доходит до него не сразу.

— Марк… У тебя день рождения!

— Я восхищён твоей догадливостью. Ты проявляешь чудеса дедукции. В связи с этим у меня предложение.

— Попробую поудивлять тебя своей догадливостью и дальше. Вы устраивайте пьяную вечеринку и зовёте меня?

— Не совсем, однако близко, — Марк складывает руки на груди и странно улыбается. — Причём, заметь, ключевое слово «вечеринка» — от слова «вечер».

— Хорошо, со временем всё ясно. Теперь мне осталось угадать место?

— Не угадаешь ни за что. Так что просто держи, — Марк протягивает ему серебряные часы на цепочке, точь-в-точь такие же, как давал ему Драко.

— Жду разъяснений, — он прячет часы в карман халата.

— Всё просто. Отметим в маггловском баре в Лондоне.

— Почему в Лондоне? И почему в маггловском?

— Это, эфенди, тоже своего рода традиция. Знаешь, как забавно бывает прийти туда под Оборотным и попугать магглов?

— Честно говоря, не знаю, — морщится Гарри. — А Лорд знает?

— Как это забавно?

— Нет! Что вы туда собираетесь.

— Не «вы», а «мы». И конечно, — знает. Откуда, по-твоему, у меня порт-ключи?!

— И он не против отпустить в город меня?

— Вообще-то, он был против, но я так хорошо просил, — Марк загадочно улыбается. — И потом, там была Александра. Она сказала, что за твои вчерашние успехи тебя вполне можно поощрить. Но всё это, — он вздыхает и серьёзнеет, — под мою личную ответственность. Так что обещай, что не будешь фокусничать.

— Я волшебник, а не фокусник. Я не буду, — слегка обижается Гарри.

— Вот и славненько. Значит, в восемь вечера на крыльце.