Читаем Та, которой нет полностью

Решение пришло мгновенно. Влада юркнула в машину, перегнулась через переднее сидение и достала коробку с купленной машиной. Захлопнув дверь, медленно двинулась в направлении Глеба. Снег поскрипывал под ногами, редкие снежинки путались в волосах, а объемный пакет приятно оттягивал руку. Влада смотрела на мальчика в инвалидной коляске и, чем ближе подходила к нему, тем сильнее сжималось ее сердце. Ребенок, не отрываясь, следил за играми и беготней других детей, хлопал в ладоши, когда чей-нибудь снежок достигал цели, и время от времени словно пытался приподняться, хватаясь за поручни коляски. Руки в толстых вязаных рукавицах скользили по кожаным подлокотникам, но он не обращал на это внимания, поглощенный развернувшимся перед ним боем. Казалось, он сам участвовал в баталии, ничуть не тяготясь своим положением. Коляска была большой для него, так что хватило места еще и для подушки из овечьей шерсти, на которой он сидел. Покрывало до половины сползло с ног, и край его уже оказался присыпан белоснежными комьями.

Глеб стоял к Владе спиной, так что первой ее заметила женщина. Она даже приспустила шарф, уставившись на Владу во все глаза и приоткрыв рот. Влада провела свободной рукой по щеке, затем по волосам, словно могла что-то исправить в своей внешности. Но исправить было уже ничего нельзя — это ее лицо, и ее волосы. Мысль о том, что прежний вид был не так уж плох, уже неоднократно посещала ее. И в первый раз это случилось именно после слов Глеба.

— Здравствуйте! — сказала Влада, оказавшись рядом с ними. На щеках ее горел румянец — она чувствовала два жарких пятна на своей коже.

Женщина молчала. Сейчас, когда Влада стояла с ней лицом к лицу и смотрела в ее какие-то необыкновенно голубые, чуть раскосые глаза, она поняла, что та заметно старше Глеба. Черты ее были неправильными, немного заостренными, но в то же время неуловимо привлекательными. Их не портили заметные морщинки вокруг век и скобки у крупного, почти орлиного, носа. Ее внешность можно было бы назвать даже аристократической, если бы не седина выбившихся из-под шапки прядей.

Мальчик повернулся к ним, уставился удивленно на Владу такими же раскосыми глазами. Затем перевел взгляд на женщину и Глеба.

— Простите… — Влада смутилась. — Не хотела вас отвлекать от разговора. Просто подумала, что… Вот, — она протянула пакет с игрушкой.

Глеб развернулся и, увидев Владу, вдруг схватил ее за локоть, а затем чуть подтолкнул в сторону машины. Она же, не поняв его движения, осталась стоять на месте.

— Нам пора, — сказал он.

В его глазах Влада прочла растерянность и нетерпение.

— Пожалуйста, возьмите, — она снова протянула пакет. Но женщина продолжала молча смотреть на нее, чуть приподняв брови. Кажется, она даже не мигала, буквально остолбенев. Тогда Влада подошла к мальчику и положила подарок на его колени. Коробка была большой — он не смог обхватить ее руками, и Влада вдруг подумала, что она сейчас упадет в снег.

— Мам? — спросил мальчик, обращаясь к женщине и прижимая пакет к груди.

— Это машина. Радиоуправляемая. Тебе понравится, — проговорила Влада. Затем присела, чтобы поднять конец пледа и подоткнуть его под ноги ребенка.

Ей не хотелось мешать разговору. Она пошла к автомобилю, не дожидаясь Глеба. Глаза жгло от подступивших слез, а в горле вязко горчило. Влада до сих пор видела перед собой маленькие валеночки с нетронутыми ходьбой подошвами, которые даже не дернулись, когда она поправляла шерстяную ткань.

За спиной услышала шаги, а затем громкий окрик:

— Глеб! — голос был сильный, чистый, будто принадлежавший оперной певице.

Она не обернулась, чтобы еще больше не смущать Глеба. Сев в автомобиль, Влада прижала ладони к коленям, пытаясь унять дрожь. Глебу оставалось несколько метров, и весь этот путь они смотрели друг другу в глаза. Когда он вставил ключ в зажигание, Влада не выдержала:

— Только ничего не говори. Я бы все равно сделала это.

— Даже не думал, — Глеб махнул рукой в окно, и женщина с мальчиком ответили ему тем же.

— Как они возвращаются домой? В пятиэтажках нет лифтов… — озабоченно спросила Влада, разглядывая панельные дома.

— Они живут на первом этаже. Есть пандус, — Глеб покусывал нижнюю губу, пока разворачивался перед выездом из двора.

— То, что с ним… это навсегда? — Влада потерла нос, разгоняя вновь выступившие слезы. — Такой малыш… Сколько ему?

— Скоро семь. — Вклинившись поток машин, Глеб немного расслабился и откинулся на спинку кресла, затягивая на груди ремень безопасности.

Влада все ждала, когда он наконец скажет, кто эта женщина, но Глеб молчал.

— Я не могу не спросить, — выдохнула она. — Этот мальчик, кто он тебе?

— Брат, — Глеб бросил в ее сторону короткий взгляд и снова уставился на дорогу.

— Брат?! А как его зовут?

— Гоша, — губы Глеба тронула улыбка. — Игорь Валентинович.

— То есть, ты — Глеб Валентинович? — Влада немного успокоилась и согрелась. Кажется, он не собирался сердиться на нее, и это радовало.

— Типа того, — усмехнулся парень.

— У вас большая разница в возрасте. Но я не понимаю — его мать, она что же, и твоя мама тоже? — выпалила Влада.