Читаем Сын Ветра полностью

Фрейрен включил конфидент-поле. Линда видела, как шевелятся его губы, отвечая на вызов, но не слышала ни слова. Смешно, конечно: от ментального вторжения конфидент-поле не защищало. Два пожизненных вместо одного? Линда с трудом сдержала истерический смешок. Она бросила все, оставила подопечного в бункере, точнее, в наскоро оборудованном лагере-муравейнике, которым стал бункер после атаки брамайнов; рванула к Фрейрену, не думая о последствиях, уже в дороге отправила заявку на срочную встречу… Стоп! Ты оставила Бреслау, подруга! Оставила на произвол судьбы, забыв о своих обязанностях. Словно наяву, Линда увидела Скорпиона, идущего по лагерю. Если наемный убийца клана Сякко решит навестить Бреслау в ее отсутствие, никто не сможет остановить сякконца. Голова подопечного нафарширована государственными тайнами? Подопечный оставлен без защиты?!

Три пожизненных. Четыре. Десять.

Смертная казнь слишком гуманна: раз, и всё. Ты рассчитывала дожить до глубокой старости, Линда Рюйсдал? Боялась располнеть сверх меры? Так, что никаких оленей не хватит тебе на свитер? Ты состаришься и располнеешь за решеткой, под вечным «Нейрамом плюс». Тебе подберут оранжевый комбинезон по размеру. И покончить с собой тебе не дадут, уж поверь! Останется лишь надеяться на безумие. Двадцать восемь шансов из ста? Не самый плохой вариант…

— Конец связи.

Фрейрен отключился. Конфидент-поле растаяло, начвнур, как звали Фрейрена сослуживцы, пристально глядел на Линду. Взгляд его ясно говорил, что разговор состоялся, и комиссару Рюйсдал было уделено в разговоре должное внимание.

— Вы знакомы с доктором Йохансоном?

— Да.

— Вы в курсе, что он — один из постоянных экспертов Бреслау?

— Да. Дело яхты «Цаган-Сара», охота на Отщепенца…

— Вы в курсе, что доктор Йохансон контактировал с кавалером Сандерсоном?

— Да. Я видела их встречу.

— Лично?

— Нет, трансляцию.

— О чём они беседовали?

— О мальчике. Кавалер Сандерсон пичкал сына позитивом. Они с доктором Йохансоном обсуждали состав эмоциональных коктейлей. Состав, дозировку… Кавалер Сандерсон отмечал прогресс в поведении ребёнка.

— Какой?

— Раньше мальчик отвечал отцу изменением позы. Со временем его реакции стали естественней. Сбросить вам воспоминание?

— Не надо. Во время их встречи вы были рядом с Бреслау?

— Разумеется. Мы находились в его кабинете.

— Он вам предлагал подслушать разговор Йохансона с Сандерсоном? Я имею в виду ментальный план?

— Да.

— Вы ему отказали?

— Что за дичь! — взорвалась Линда. Нервное напряжение требовало выхода, и она пустила направленный взрыв по безопасному каналу. — Вы прекрасно знаете, что я ему отказала! Любой на моем месте отказал бы!

— Извините, — буркнул Фрейрен. — С языка сорвалось. Вы ответили отказом, в этом у меня нет сомнений. Я прошу ещё раз извинить меня. Но уже не за то, что оскорбил вас подозрением. Я прошу прощения совсем за другое…

— За что же?

— За то, что не поверил вам сразу. Мальчик — ментал, вы были правы.

— Вам звонил доктор Йохансон? — догадка, едва возникнув, превратилась в уверенность. — Он рассказал вам, о чем они говорили с Сандерсоном на ментальном уровне?!

Фрейрен отрицательно мотнул головой. Блики от лампы дневного света играли на бритом черепе начвнура. Сейчас Фрейрен напоминал святого, страдающего водянкой.

— Нет, мне звонил не Йохансон. Мне звонил Ансельм Лонгрин.

— Реаниматолог?

— Да. Он тоже входит в команду экспертов Бреслау.

— Лонгрин — ваш осведомитель?

— Ну почему сразу осведомитель? В молодости Лонгрин прошел обучение на Сякко. Как вам известно, все менталы Ларгитаса, получившие сякконское образование, являются внештатными сотрудниками службы Т-безопасности. Об этом их предупреждают ещё до отлета на Сякко. Те, кто не соглашаются…

— Никуда не летят, — съязвила Линда.

— Именно так. Никуда не летят. А те, кто летит, прилетают нашими внештатниками.

— Что сообщил вам Лонгрин?

— Что доктор Йохансон изучал параллели между спектрограммой антиса, находящегося в большом теле, и ментограммой телепата, находящегося в активном состоянии. Он разослал другим экспертам ряд спектрограмм разных антисов, коллантов и флуктуаций…

— Он разослал им волновые слепки фагов?!

— Доктор не сказал коллегам, чьи это слепки. Он солгал, заявив, что это вообще не слепки, а ментограммы, записи деятельности мозга разных людей и животных. Все спектрограммы, кстати, были из открытых источников. Так что формально Йохансон не разгласил никаких секретов. Для достоверности он подмешал туда ряд настоящих ментограмм ларгитасских телепатов, включая свою собственную.

— Что сказали эксперты?

— Эксперты, в том числе и Лонгрин, ни на минуту не усомнились, что во всех случаях имеют дело с ментограммами. Кретины! Им даже не пришло в голову проверить источники записей! Волновой слепок антиса они отметили как мозг, обладающий сильными ментальными способностями, но с отклонениями от нормы. Волновой слепок колланта — как коллективное сознание группы менталов слабого уровня. Слепки флуктуаций классифицировались как нечеловеческая мозговая деятельность.

— Ваш честный парень Лонгрин тоже не стал проверять?