Читаем Сын лейтенанта Шмидта полностью

— Искупаюсь в карельском озере, — сказал он на семейном совете. — Мистер Кингсли однажды купался в австралийском Мурее и кричит об этом до сих пор. Пусть Кингсли умрет от зависти.

Мимо туристов и парочек, бросив заинтересованный взгляд на иностранца, Николай увел свою команду в чрево теплохода.

С опозданием на двадцать минут «Майкл Джексон» издал немузыкальный вопль, подобрал носовые и кормовые канаты и отошел от пристани, стараясь поскорее стать носом против течения. Над пристанью взлетели редкие платочки провожающих, с криком сбежал по откосу, волоча за собой синюю матерчатую торбу с палаткой, опоздавший турист. Рок-певец сумел наконец выйти на стрежень, взбил за кормой белую парикмахерскую пену и побежал мимо берегов с белыми новостройками и коростой поглощенных городом-спрутом поселков.

Миновав крепость у истока реки, вывалились на озерный простор. Холодный ветер тотчас прогнал с палубы туристов, парочки перекочевали на корму под защиту косо подвешенных двух шлюпок. Последним, радостно прорычав «Terrible summer!», что должно было означать, что его вояж, задуманный в пику мистеру Кингсли, удался, ушел американец. Когда теплоход отошел подальше от берега, вода раскололась, и из нее показалась усатая морда. Тюлень с отвращением посмотрел на теплоход, понюхал масляное, оставленное судном, пятно и погрузился.

Команда искателей сокровища собралась в каюте № 18. Дворник и сантехник обсуждали неприятности, которыми может встретить их старый дом.

— Пол вместе с камином провалился. Что делаем?

— Разбираем завал.

— Не просто провалился, а рухнул целиком в подвал.

— Наймем бомжей, они расчистят.

— Дом цел, но весь заселен жильцами коммуналок.

— Плохо. Придется переселять. Нужны будут еще деньги, продадим квартиры в Арбатове.

— А если дом вообще — руина, груда камней?

— Взорвем.

— Стыдно, господа члены палаты лордов. — Николай сидел, развалясь на узком приставном стульчике. Голубые блики бегущих за иллюминатором волн пересекали его усталое лицо, лицо Наполеона после Березины. — Взрыв — крайняя степень падения. Никогда не устраивайте в городе взрывов. В Краснодаре один бизнесмен нанял мафиози, чтобы взорвать курятник соседа. Он портил вид из его только что построенного особняка. Курятник взлетел на воздух, но развалился и особняк. Так что это всегда чревато, как говорил один вышедший в тираж политический деятель.

— Значит, Шмидт, вы считаете, что наши шансы теперь все сто? — весело спросил, потирая руки, Кочегаров.

— Сто. Уверен, что мы найдем пасхальное яйцо. Нам даже удастся благополучно переправить его через границу. Я знаю одно тихое местечко — бывшая закавказская республика. Там даже во времена разгула тоталитаризма пограничники переправляли человека за кордон за весьма скромную сумму. Затем мы увезем его дальше на запад и продадим.

— Как это вам удастся? — глаза Сэма засветились, как у кошки.

— Так же, как было продано яйцо-близнец. Аукцион «Сотби'с». Наши фамилии будут скрыты под псевдонимами. Вам нравится псевдоним «Доброжелатель»?.. А знаете, что случится с каждым из вас потом?

Слесарь и дворник с удивлением уставились на своего председателя.

— Вы, Федя, вернетесь в Арбатов и по предложению своей супруги вложите все деньги в бумаги фонда «Сибирские алмазы». Фонд лопнет, и вы снова останетесь ни с чем.

Вы, Сэм, уедете в Москву и снова женитесь. В какой раз? Ваша новая жена будет владелицей косметического салона «Укрепим грудь и ягодицы». Ей будут принадлежать, кроме квартиры в столице, еще два дома в Подмосковье. Это будет богатая старуха с вислым подбородком и синими венами на икрах. Вы будете изменять ей и пристраститесь к рулетке. Когда проиграете свои кровные, доберетесь до ее денег. Но она узнает об этом и отравит вас.

— А вы? — недобро глядя на прорицающего Шмидта, спросил слесарь-референт. — Почему вы не говорите, как окончите свои дни? Свалите в Штаты, будете миллионером?

— Шеф уедет в Париж, — с завистью сообщил Кочегаров.

Николай печально покачал головой.

— Никакого Парижа нет, — он вздохнул. — Его выдумали почтовые работники, чтобы было куда отправлять зарубежную корреспонденцию… Получив деньги, я уеду в Италию, в скромный городок Портофино. Он точно есть, о нем мне рассказывал один знакомый дипломат, он отдыхает там каждое лето… Куча каменных домишек, прилепившихся к боку горы и висящих прямо над бухтой. Жители берут воду с балконов ведрами, а купаться спускаются по веревочным лестницам. Буду жить тихо, боясь мафии, разводить аквариумных рыбок и выращивать на подоконнике экзотические растения бегонии. Но в один прекрасный день немецкий журнал «Шпигель» раскопает нашу историю, и мир узнает, что стало с хрустальным яйцом. И тогда в дом проникнет наемный убийца и выстрелит мне прямо в усталое сердце. Затем он перевернет все в доме и найдет мой счет в швейцарском банке. Знаете, сколько останется в это время на счете?

— Два миллиона фунтов, — предположил Кочегаров.

— Один миллион, — поправил его Сэм.