Читаем Сын Авонара полностью

— Умоляю, Келли. Можно мне поговорить с вашей бабушкой? Мои сведения оказались неверны, это ее я ищу.

— Моя бабушка ни с кем не общается. Она очень слаба.

— Клянусь, я не причиню ей вреда. Я друг ее друзей. Передайте ей мои слова, и если она прикажет нам уйти, мы уйдем. — Я набрала побольше воздуха и отступила на шаг. — Скажите ей, я была знакома с одним ее учеником. Он многое узнал от нее, но самое главное то, что следует увидеть человека целиком, прежде чем судить о значимости его дарований.

Кипя от негодования, девушка исчезла за дверью. И мгновенно вернулась.

— Она встретится с вами. Но только быстро. Мы не должны утомлять ее. В следующем месяце ей исполнится девяносто.

Мы с Тенни прошли вслед за Келли в крошечную комнатку, пахнущую лавандой и мятой. Через окно в комнату проникали солнечный свет, воздух и сотни ароматов из двора, заставленного ящиками и корзинами с травами и цветами. В кресле у окна сидела старая женщина, такая ветхая и сухая, что казалось, легчайший ветерок может унести ее, словно пыль. Ее голова непрерывно Дрожала от старости, но в синих глазах светилось любопытство.

— Кто это говорит о былых временах?

— Меня зовут Сейри, госпожа, а это мой друг, Тенни из Вердильона. Не могу передать, как я счастлива видеть вас. Я и представить не могла, что это возможно.

— Все это замечательно, но я не получила ответа на свой вопрос.

— Мой муж был вашим учеником. Его звали Кейрон, старший сын барона Мэндийского, правителя Авонара.

Селина не выказала страха. И сомнения. Но она слушала, окаменев. Даже ее голова на миг прекратила дрожать.

— И как все это касается меня?

— Он рассказывал мне о наставнице, которую звали Селиной, как она приняла испуганного и неуклюжего мальчишку и научила его видеть прекрасное в своем призвании. А когда он стал надменным, как это происходит с молодыми людьми, она обучила его видеть прекрасное в каждом человеке. Он рассказывал мне о вашем свечных дел мастере и о сыновьях, как, сталкиваясь с трудностями, он всегда думал: «А как бы поступил Морин?»

Старуха протянула руку, ее голова снова затряслась, словно я верно ответила свой урок.

— Бабушка! — воскликнула Келли.

Но рука старой женщины была тверда, она смотрела на меня ясными глазами.

— Кейрон. Какой у него был талант и сердце, достойное его дара! Дарующий Жизнь, так мы называли его. Я не знала, что он пережил черный день. Но я вижу по тебе, что он ушел вслед за остальными.

— Десять лет назад. Его схватили.

— Я была немолода, когда он пришел ко мне. Кто бы мог подумать, что я его переживу? Кажется, я пережила всех их. — Как знакомы ее речи. Ни тоски, ни жалоб, лишь удивление таинственным поворотам судьбы, слияние, даже в горе, с вечной радостью и сожалением, болью и красотой. — И ты была его женой. Ты не из Авонара?

— Нет. Мы познакомились несколькими годами позже.

— Ты знала, кто он?

— Да.

— Любить Целителя нелегко, делить с тысячами других то, что должно принадлежать только тебе. — Она коснулась моей щеки теплым сухим пальцем. — Тебе бывало весело с ним?

— Очень часто.

— Прекрасно. — Селина откинулась на спинку кресла, серьезно покачивая головой. — Нет. Нелегко идти по Пути рядом с Целителем.

Келли нависала, словно только что выкованный меч, готовый отсечь все, что встанет на его пути.

— Значит, это ваша внучка? — произнесла я, желая перейти от прошлого к нашему делу.

— Правнучка. Внучка Морина, родилась всего за неделю до черного дня. Когда пришли лейране, я гуляла с ней по холмам, чтобы ее мать могла немного отдохнуть. И с холма я видела солдат, сжигающих Мэндилла, Кристофа, Эдварда, всех дж'эттанн, они убили моего Карло, Морина и всех жителей Авонара. Итак, для чего ты здесь? Не для скорби. Только не после стольких лет.

— Мы нашли вас через профессора Ферранта.

— Как странно. Он ведь поклялся. Зачем?

— История длинная. Я не хочу утомлять вас.

— Мне все равно нечем заняться. Лавкой управляет Келли. Я дремлю здесь на солнышке или смотрю на цветы. Скоро я уже попаду в Л'Тьер и высплюсь там. А пока что развлеките меня.

Я долго просидела у ног Селины, рассказывая ей историю Д'Нателя и Баглоса и зачем мне понадобились дж'эттанне. Каждый раз, когда звонил колокольчик входной двери, Келли исчезала и обслуживала покупателей, а потом возвращалась на свой пост у двери. И каждые полчаса она говорила мне, что Селине нужен отдых.

— Тише, детка, слушай, — сказала Селина, когда Келли в третий раз приказала нам уйти. — Это и тебя касается. — А потом мне: — Келли очень одаренная, но она не видела ни одного дж'эттаннина, кроме своей старой бабки, ни разу не слышала историй, которые рассказывают на Ав'Кенат, у нее никогда не было наставника. Я не смогла быть для нее всем сразу.

— Мне ничего этого не нужно, бабушка. Только ты. Я хочу, чтобы тебя оставили в покое.

— Разве ты не слышала рассказа, девочка? Если мы не поможем, даже тот мир, который мы знаем, может исчезнуть.

— Почему ты им веришь? Потому что они упомянули знакомые имена и названия? Ты учила меня не верить никому, а теперь распахиваешь двери перед этими людьми, не задавая вопросов. Все это может оказаться ложью.