Читаем Свободная полностью

И вот я достигаю центра лабиринта, после чего замираю и принимаюсь молиться. Склоняю голову и открываю разум, как советовали в брошюре.

Вот только я так и не научилась общаться с Господом. Потому что воспринимаю это сродни звонку президенту Соединенных Штатов или разговору с далай-ламой. И это так иронично. Ведь в моих венах течет ангельская кровь, а в каждую клетку проникают божественные силы. Да что там, у Господа даже есть планы на меня. И всякий раз, стоит мне призвать венец, как я ощущаю эту силу, связь со всем живым на земле, о которой говорил папа, тепло, радость и красоту, которые идут рука об руку с Богом. Но при этом я не знаю, как обратиться к нему. Не могу этого сделать.

Я поднимаю глаза к потолку и вижу ангелов, чувствую на себе их серьезные, вопрошающие взгляды.

– Что ты делаешь? – интересуются они. – Каково твое предназначение?

– И каково же оно? – шепчу я им в ответ. – Покажите мне.

Но видение так и не приходит.

Прождав еще пять минут, которые кажутся мне вечностью, я вздыхаю и тем же путем возвращаюсь к входу в лабиринт, только на этот раз быстрее. Это тоже указывалось в брошюре как третий этап: «Вернитесь обратно. Соединитесь с высшими силами, почувствуйте их целительное воздействие».

Вот только я ничего не чувствую.

Вернее, стоит мне надеть туфли, как на меня наваливается усталость, раздражение и разочарование оттого, что ничего не удалось. Поэтому я решаю вернуться в комнату и немного вздремнуть. И плевать на сочинение. Мне так и не удалось отыскать Анджелу. Или разгадать свое видение.

Или обрести хоть какую-то ясность.

Видение обрушивается на меня, когда я возвращаюсь домой на велосипеде. На улице пасмурно и холодно. И, хотя это не сравнится с погодой в Вайоминге, мне все равно хочется укутаться в уютное одеялко. Поэтому я старательно кручу педали, чтобы поскорее осуществить свое желание, как вдруг оказываюсь в темноте.

Но в этот раз видение длится намного дольше, чем обычно. Я вновь слышу пронзительный звук, от которого звенит в ушах. И это выдает нас. Привлекает их внимание.

А затем глаза ослепляет яркая вспышка.

– Ложись, – кричит Кристиан, и я бросаюсь на пол, а затем откатываюсь в сторону, когда он шагает вперед, размахивая перед собой мечом с красивым и сияющим лезвием.

Он заносит его над головой и резко опускает вниз. Помещение тут же заполняет лязгающий звук, не похожий ни на что другое, слышанное мной раньше, который сменяется проклятием и тихим смешком. Чувствуя, как колотится сердце, я отползаю назад, пока не упираюсь спиной во что-то твердое и деревянное. Вокруг все еще царит темнота, но мне прекрасно видно Кристиана, который размахивает светящимся мечом, стараясь отбиться от темных фигур, наступающих на него.

«Их двое», – понимаю я. Он в одиночку противостоит сразу двоим.

«Поднимись, – говорю себе я. – Поднимись и помоги ему».

Я вскакиваю на ноги, которые позорно дрожат от страха.

«Нет, – говорит Кристиан. – Уходи! Я их задержу!»

Мне хочется ответить, что я не оставлю его, но меня перебивает чей-то крик:

– Берегись!

И я снова оказываюсь в Стэнфорде, летя на велосипеде по тротуару.

Я стараюсь вывернуть и избежать столкновения, но колесо натыкается на бордюр и меня подбрасывает вверх. Велосипед падает на землю, а я перелетаю через руль и, рухнув на траву, по инерции качусь в кусты можжевельника.

А‐а‐а.

С минуту я лежу с закрытыми глазами, посылая в небо безмолвное, но саркастичное: «Спасибо».

– Ты в порядке?

Я открываю глаза и вижу, что рядом со мной на колени опустился высокий кареглазый парень с каштановыми волосами и в очках. Я знаю его по урокам счастья. Но после «полета» мне не сразу удается вспомнить его имя.

Томас.

Отлично. Я свалилась с велосипеда на виду у Неверующего Фомы.

– Ух, ты нехило шлепнулась, – говорит он, помогая мне вылезти из куста можжевельника. – Может, вызвать «Скорую»?

– Нет, кажется, все в порядке.

– Следует смотреть, куда едешь, – наставляет Томас.

Я уже и забыла, какой он «милашка».

– Постараюсь не забыть об этом в следующий раз.

– Ты порезалась. – Он тычет пальцем мне в щеку.

Я осторожно поднимаю руку, и кончики пальцев тут же окрашиваются кровью. Видимо, я пострадала сильнее, чем думала. Обычно у меня не течет кровь.

– Мне нужно в общежитие, – поднимаясь на ноги, говорю я.

Мои джинсы разорвались на одном колене, а на второй штанине появилась прореха. Нужно как можно быстрее добраться до комнаты, пока никто не заметил, что мои раны буквально заживают прямо на глазах. Вряд ли мне удастся сейчас придумать разумное объяснение этому.

– Ты уверена, что в порядке? Давай помогу добраться до «Ваден»? – предлагает он.

– Нет, все нормально. Думаю, мой вид намного ужаснее, чем состояние. Так что лучше я отправлюсь в свою комнату.

Я подхожу к велосипеду, у которого все еще крутится переднее колесо, но стоит мне поднять его, как я понимаю, что рама погнулась.

Проклятье.

– Давай помогу тебе, – говорит Томас.