Читаем Свитки из пепла полностью

² Ср.: «Если бы тогда в «зоне смерти» в Биркенау были проведены систематические раскопки, то, вероятно, были бы обнаружены записки не только Градовского, но и многие тайные рукописи других членов «зондеркоммандо». Большинство этих бесценных документов, по-видимому, было безвозвратно утрачено вскоре после освобождения лагеря, когда сюда устремились бесчисленные мародеры из окрестностей. Они ископали всю землю вокруг крематориев в поисках золота и драгоценностей, поскольку по окрестным деревням прошел слух, что евреи перед смертью закапывали в землю золото и драгоценности. Мародеры искали золото, а разные там бумаги не представляли для них ценности. Так что наиболее вероятным местом, куда попадали рукописи «зондеркоммандо», была помойка». (Friedler, Slebert, Killian, 2002. S. 309.)

³ Если не считать находок мародеров – «черных археологов», сделанных скорее всего в феврале 1945 г. (среди них вполне могла быть и вторая из найденных рукописей З. Градовского).

⁴ Главное управление по делам военнопленных и интернированных НКВД/МВД СССР.

⁵ Сообщено А.Ю. Валькович.

⁶ Одним из членов корпуса был и студент-медик А. Заорский, нашедший возле крематориев бутылку с письмом Хайма Германа (см. в настоящей книге). См. справку, выданную А. Заорскому 21.02.1945, в том, что он добровольно работал с 6 по 20 февраля в воинской части 14884 (начальник – майор Вейников) и по окончании работы проследовал в Краков (APMAB. D-RO XXIV. Photokolie grypsów. Nr. Mikrofilmu 1358/114)

⁷ От СМЕРШа («Смерть шпионам») – военной контрразведки Красной Армии.

⁸ См. докладную записку начальника Отдела НКВД по делам о военнопленных при начальнике тыла 4-го Украинского фронта майора госбезопасности Мочалова начальнику ГУПВИ генерал-лейтенанту Кривенко от 2 апреля 1945 г. о состоянии фронтовой сети по приему военнопленных за март 1945 г. (РГВА. Ф. 425п. Оп.1. Д. 9. Л. 84–86).

⁹ См. доклад Мочалова Кривенко от 16 июля 1945 г. о работе фронтовой сети по приему военнопленных 4-го Украинского фронта за апрель– июнь 1945 г. (РГВА. Ф. 425п. Оп.1. Д. 9. Л. 184–192).

¹⁰ См. донесение начальника Отдела НКВД по делам о военнопленных Управления тыла 4-го Украинского фронта майора госбезопасности Мочалова начальнику ГУПВИ комиссару госбезопасности Ратушному от 10 июня 1945 г. Емкость лагеря составляла 7000 человек, его начальником был полковник интендантской службы Маслобоев (РГВА. Ф. 425п. Оп. 1. Д. 9. Л. 147).

¹¹ См. в докладе Мочалова Кривенко от 19 июля 1945 г. о работе фронтовой сети по приему военнопленных 4-го Украинского фронта за 1-е полугодие 1945 г.: «Военнопленные, поступавшие после капитуляции фашистской Германии, по физическому состоянию в значительном числе не стоят того, чтобы катать их на 1000 километров в тыл СССР, так как трудовое использование их не может дать никакого эффекта. Много престарелых, подростков, инвалидов, ослабленных хроников» (РГВА. Ф. 425п. Оп. 1. Д. 9. Л. 193–204).

¹² Официально музей открылся только 2 июля 1946 г., когда польский парламент принял соответствующий закон.

¹³ В целом сверхнастороженное отношение к памяти замученных нацистами евреев было характерным не только для Польши и так называемых соцстран, но и для всего послевоенного общественного сознания Европы. Многие европейские страны – Швейцария, например – просто-напросто хорошо нажились на еврейской Катастрофе.

¹⁴ Так в тексте.

¹⁵Inmitten des grauenvollen Verbrechens…, 1972. S. 127–128.

¹⁶ Впрочем, как показывает транспортировка пороха и гранат на крематории, евреям при необходимости и решимости были под силу и не такие задачи!

¹⁷Jezierska, 1963. P. 1–2.

¹⁸ См. в анонимной преабмуле: Bergung der Dokumente // Briefe aus Litzmannstadt… 1967. S. 7–13.

¹⁹Jankowski, 1972. S. 69.

²⁰ Дов Пейсахович из Бессарабии знал об этом и даже пытался в 1965 г. разыскать нужное место, но так ничего и не нашел. См.: JVA. TR17. JM.3498.