Читаем Святой в Лондоне полностью

Он автоматически исключил свой "ирондель" как средство спасения – большая кремово-красная машина была слишком заметна и слишком хорошо известна, и описание ее будет немедленно передано инспектором Тилом, как только тот избавится от кляпа и доберется до телефона. У Саймона в резерве была обычная, менее бросающаяся в глаза машина, стоявшая в другом гараже и зарегистрированная на другое имя. Он сделал это несколько недель назад, как бы предвидя подобные осложнения, и даже не пытался пробить эту мысль через бронированный череп Попрыгунчика.

Святой так никогда и не узнал, была ли сеть на него раскинута вовремя. Во всяком случае, он через нее проскользнул по почти пустым дорогам. Несмотря на несколько объездов, которые пришлось сделать, он очень быстро добрался до ворот завода "Виккерс" на Байфлит-роул. Вскоре стоянка заполнится машинами, и еще один скромный автомобиль может легко затеряться среди них. Припарковав машину, Святой с первыми лучами солнца направился в свой дом. Не было никакой надежды, что Тил не найдет это убежище, когда перегруппирует свои силы, но, по крайней мере, это было временное, но убежище, да к тому же у Святого там хранились кое-какие вещи, которые он хотел забрать.

Открыв дверь своим ключом, они вошли в дом и услышали на кухне какую-то возню, а через мгновение в противоположной двери холла появилось воинственное усатое лицо Горация. Саймон бросил ему шляпу и улыбнулся.

– Как насчет завтрака, Гораций?

– Через полминуты, – невозмутимо ответил тот и снова исчез в кухне.

Яичница с ветчиной, поджаренный хлеб и кофе были поданы даже раньше, чем было обещано, и за завтраком Святой напряженно думал. Тил временно выведен из игры, но только временно. Оставалось выбирать между двумя вещами – тюремным сроком и бегством из страны, но ни то ни другое Святому очень не нравилось. Был, правда, и третий путь, на обдумывание которого Святой потратил гораздо больше времени. Его размышления снова прервал Попрыгунчик.

Вообще-то он не очень утруждал мозги, потому что промежуток между завтраком и сном редко был достаточным даже для того, чтобы вспомнить, о чем же он думал предыдущим вечером. И тем не менее шестеренки в его мозгу продолжали замедленно, но упорно крутиться.

– Босс, – невнятно сказал Попрыгунчик, с трудам прожевывая огромный намазанный маслом кусок хлеба и сразу половину своей порции яичницы, – а ведь фараоны-то знают про эту хату.

Мысли Саймона вернулись немного назад и нашли место, до которого сумел добраться Попрыгунчик.

– А ведь верно, – восхищенно заметил он. – Теперь прекрати думать, дай мозгам остыть и внимательно послушай меня.

Святой позвонил, и на звонок явился Гораций. Попрыгунчик, довольный тем, что думать больше не надо, проглотил со стола все, до чего мог дотянуться, и теперь с вожделением поглядывал на стоящую на шкафу бутылку виски.

– Гораций, – сказал Святой, – боюсь, что Клод Юстас опять сел нам на хвост.

– Да, сэр, – коротко отозвался Гораций.

– Мог бы и посочувствовать, – притворно обиделся Святой. – Одно из обвинений – умышленное убийство.

– Ну так вы же в этом сами виноваты, правда? – невозмутимо возразил Гораций.

– Вообще-то ты прав, – вздохнув, признал Святой, – но вот Попрыгунчик считает, что нам пора садиться на мула и скакать до Истамбула.

– Взять, значит, ноги в руки, – пояснил Попрыгунчик.

Выцветшие глаза Горация выражения не изменили, но усы чуть дрогнули.

– Если изволите подождать полминуты, я поеду с вами.

Святой негромко рассмеялся, встал и хлопнул его по плечу.

– Большое спасибо, старина, но в этом нет необходимости. Видишь ли, Попрыгунчик ошибается. Да ты и сам это должен понимать, прожив у меня столько лет. Попрыгунчик напомнил мне, что Тилу известно об этом доме, но он забыл упомянуть, что об этом знаю и я. Попрыгунчик считает, что нам пора складывать вещички и уносить отсюда ноги, но он забыл, что Тил именно этого от нас и ожидает. В конце концов, Клод Юстас уже частенько видел меня висящим на одной руке... Попрыгунчик, ты меня слушаешь?

– Ага, босс, – ответил тот, оглядываясь и пытаясь сообразить, где же в этой комнате можно повиснуть на одной руке.

– Весьма возможно, что сюда скоро заявится целая орда полицейских, но я не думаю, что Клод Юстас будет с ними. Это будет простая формальность. Они тут порыщут в поисках улик, но ни меня, ни, кстати, Попрыгунчика серьезно искать не будут. Именно поэтому никто из них не станет великим сыщиком, ибо Попрыгунчик останется здесь, уютно устроившись в тайнике за кабинетом, о котором полиция и не подозревает.

– Разрази меня гром, босс! – с вполне понятным благоговением выпалил Попрыгунчик. – И вы все это прямо за завтраком обмозговали?

– Все это и кое-что еще, но для начала с тебя хватит. – Святой глянул на часы. – Пора уже тебе убираться в свою новую квартиру; Гораций будет носить тебе еду и питье, а я буду знать, где в случае чего тебя найти.

Он провел Попрыгунчика в кабинет, открыл тайник и затолкал его туда. На пороге узкого прохода Попрыгунчик умоляюще оглянулся.

– Босс, да я же тут от жажды сдохну!