Читаем Свечка. Том 1 полностью

– В его рабочем столе лежал сверток с килограммом героина и сто тысяч долларов. А над столом портрет Дзержинского. Коммунист, между прочим. Коммунист-наркоторговец, неплохо, да? Не стану пока называть его имя. Жалко родных…

– Почему вы брали его лично?

– Я давно шел по его следу.

– Что с ним теперь будет?

– Получит срок на полную катушку. Надо начинать чистить наши правоохранительные органы. Здесь тоже скопилось некоторое количество мрази. Я очень рад, что министром юстиции назначен наш человек, из прокурорских, Константин Михайлович Копенкин, мой друг. Пользуясь случаем, еще раз его поздравляю. Вместе мы многое сумеем сделать.

– А знаменитое дело «лифтера»?

– «Лифтера»? Не помню…

– Ну тот, который оказался ветеринаром! Золоторотов, «московский Чикатило»? По телевизору показывали, как вы его брали.

– А, этот… У меня много подобных дел, Катя. Просто их не показывают по телевизору. Не люблю я всю эту шумиху.

– А как же вышло тогда?

– Случайно. Болтанул приятелю, что еду брать серьезного преступника, а он позвонил своему приятелю на телевидение. Им позарез был нужен свежий динамичный материал. Это же был День милиции. Я ничего не знал. Только в дороге заметил, что на хвосте сидят телевизионщики. Ребята из спецназа хотели их отогнать, но я попросил этого не делать. Ведь это их работа.

– Не могли бы вы рассказать об этом деле подробнее?

– Московская милиция буквально стояла на ушах в поисках маньяка. Оказывается, дело было на особом контроле Президента. Кстати, о маньяке он узнал не из закрытых сводок, а из твоей газеты. Отрезанное ухо девочки его буквально потрясло. И он сказал милицейскому начальству со свойственной ему прямотой: «Если к своему профессиональному празднику не поймаете этого гада – полетят ваши головы вместе с форменными фуражками». Надо было выручать ребят.

– Бэтмэн пришел на помощь?

– Брось, Катя… Хотя я очень рисковал. Ориентировки на преступника были очень расплывчаты. Но я не имел права на ошибку. Именно поэтому и не прогнал телевизионщиков. Он был один в огромном десятимиллионном городе. И я тоже был один. Несколько часов мы колесили по Москве, и я всматривался в лица пешеходов и водителей автомобилей и мысленно задавал каждому один и тот же вопрос: «Кто? Ты? Ты? А может быть, ты?» И потом я его увидел.

– Его величество случай?

– Как говорит великий русский режиссер Никита Михалков: «Кто верит в случай, тот не верит в Бога». Хотя сомнения были. Но ровно до того момента, как он протянул мне свои документы. Левой рукой.

– Как вы узнали, что он левша?

– Так ухо-то было отрезано правое! Ты попробуй отрезать кому-нибудь правое ухо правой рукой… Ничего не получится.

– Кажется, ухо удалось пришить.

– Да, он его не совсем… И представь себе, даже это стало аргументом для защиты. «Где ухо? Где отрезанное ухо?» – вопят они. Кстати, вчера я получил письмо от адвоката Михаила Мешанкина, в котором он критикует следствие.

– Все адвокаты критикуют следствие…

– Да, все адвокаты критикуют следствие, и нередко правильно, но в данном случае… Валентина Ивановна Дудкина – один из лучших следователей страны, если не лучший. Пусть это не обидит следователей мужчин. Вокруг дела Золоторотова роятся домыслы и сплетни. Их распускают те, кому выгоден разгул преступности, кто как огня боится наведения в стране порядка. Мразь прячется по щелям. Но я и оттуда ее выскребу. А что касается дела Золоторотова… Медленно, но верно оно движется к суду. А чтобы вырвать с корнем все эти разговоры, я решил, что буду сам на суде государственным обвинителем. Посмотрим, кто кого, господин Мешанкин!

– Не будем больше о неприятном. Вернемся к вашим ста дням. Вы молоды, удачливы, знамениты. Вам всего тридцать лет, а вы уже и. о. Генерального прокурора России…

– Хочешь орешков, Кать?

«СтоМ» 26 февраля 1998 г.

№ 94

Маньяк пустился в бега!

Евгений Золоторотов, обвиняемый в изнасиловании тридцати восьми жертв, бежал вчера из-под стражи и сейчас находится в неизвестном месте. Подробности в завтрашнем номере.

«Ежедневный бизнесмен»

01.04.1998 г.

№ 95

Из записок русского националиста-одиночки

«Маньяк пустился в бега!» Не верю я в это. Наши на всё способны – устроили провокацию, чтобы человека с гарантией посадить. Но не могу исключать, что это и вправду побег, просто не имею права… Буду его искать. У Антонины взял на три дня отпуск. Буду курсировать по вокзалам, потому что если он и вправду сбежал, то, скорее всего, захочет покинуть город. И никто его не ищет, знаю я, как все эти «Вулканы» и «Перехваты» работают, это просто смешно!

№ 96

Сто долларов за голову маньяка!

Перейти на страницу:

Все книги серии Самое время!

Тельняшка математика
Тельняшка математика

Игорь Дуэль – известный писатель и бывалый моряк. Прошел три океана, работал матросом, первым помощником капитана. И за те же годы – выпустил шестнадцать книг, работал в «Новом мире»… Конечно, вспоминается замечательный прозаик-мореход Виктор Конецкий с его корабельными байками. Но у Игоря Дуэля свой опыт и свой фарватер в литературе. Герой романа «Тельняшка математика» – талантливый ученый Юрий Булавин – стремится «жить не по лжи». Но реальность постоянно старается заставить его изменить этому принципу. Во время работы Юрия в научном институте его идею присваивает высокопоставленный делец от науки. Судьба заносит Булавина матросом на небольшое речное судно, и он снова сталкивается с цинизмом и ложью. Об испытаниях, выпавших на долю Юрия, о его поражениях и победах в работе и в любви рассказывает роман.

Игорь Ильич Дуэль

Проза / Современная русская и зарубежная проза / Современная проза
Там, где престол сатаны. Том 1
Там, где престол сатаны. Том 1

Действие романа «Там, где престол сатаны» охватывает почти весь минувший век. В центре – семья священнослужителей из провинциального среднерусского городка Сотников: Иоанн Боголюбов, три его сына – Александр, Петр и Николай, их жены, дети, внуки. Революция раскалывает семью. Внук принявшего мученическую кончину о. Петра Боголюбова, доктор московской «Скорой помощи» Сергей Павлович Боголюбов пытается обрести веру и понять смысл собственной жизни. Вместе с тем он стремится узнать, как жил и как погиб его дед, священник Петр Боголюбов – один из хранителей будто бы существующего Завещания Патриарха Тихона. Внук, постепенно втягиваясь в поиски Завещания, понимает, какую громадную взрывную силу таит в себе этот документ.Журнальные публикации романа отмечены литературной премией «Венец» 2008 года.

Александр Иосифович Нежный

Проза / Современная русская и зарубежная проза / Современная проза

Похожие книги

Зулейха открывает глаза
Зулейха открывает глаза

Гузель Яхина родилась и выросла в Казани, окончила факультет иностранных языков, учится на сценарном факультете Московской школы кино. Публиковалась в журналах «Нева», «Сибирские огни», «Октябрь».Роман «Зулейха открывает глаза» начинается зимой 1930 года в глухой татарской деревне. Крестьянку Зулейху вместе с сотнями других переселенцев отправляют в вагоне-теплушке по извечному каторжному маршруту в Сибирь.Дремучие крестьяне и ленинградские интеллигенты, деклассированный элемент и уголовники, мусульмане и христиане, язычники и атеисты, русские, татары, немцы, чуваши – все встретятся на берегах Ангары, ежедневно отстаивая у тайги и безжалостного государства свое право на жизнь.Всем раскулаченным и переселенным посвящается.

Гузель Шамилевна Яхина

Современная русская и зарубежная проза
Хмель
Хмель

Роман «Хмель» – первая часть знаменитой трилогии «Сказания о людях тайги», прославившей имя русского советского писателя Алексея Черкасова. Созданию романа предшествовала удивительная история: загадочное письмо, полученное Черкасовым в 1941 г., «написанное с буквой ять, с фитой, ижицей, прямым, окаменелым почерком», послужило поводом для знакомства с лично видевшей Наполеона 136-летней бабушкой Ефимией. Ее рассказы легли в основу сюжета первой книги «Сказаний».В глубине Сибири обосновалась старообрядческая община старца Филарета, куда волею случая попадает мичман Лопарев – бежавший с каторги участник восстания декабристов. В общине царят суровые законы, и жизнь здесь по плечу лишь сильным духом…Годы идут, сменяются поколения, и вот уже на фоне исторических катаклизмов начала XX в. проживают свои судьбы потомки героев первой части романа. Унаследовав фамильные черты, многие из них утратили память рода…

Николай Алексеевич Ивеншев , Алексей Тимофеевич Черкасов

Проза / Историческая проза / Классическая проза ХX века / Современная русская и зарубежная проза / Современная проза