Без сомнения, больше всего мешали работе посольства пронацистски настроенные друзья новой Германии, объединившиеся позже в Союз американских немцев, и их связи с Берлином. Эта небольшая, но весьма шумная организация очень гордилась, что поддерживает контакт с руководством Третьего рейха. Она, очевидно, преуспела в создании в партийных кругах Берлина сильно преувеличенного представления о своем влиянии, что вовсе не соответствовало действительности, о чем и сообщали дипломаты. Посольству приходилось постоянно доказывать американцам, что этот союз не является выразителем мнения официальных учреждений и лиц Германии. Особую тревогу вызывала деятельность Зарубежной организации, лидер которой любил делать шокирующие заявления: «День Германии где-нибудь в Буэнос-Айресе или Чикаго не менее важен для нас, чем борьба наших братьев на границе». Впрочем, эти заявления носили явно пропагандистский характер и не имели никакой связи с действительностью. Гитлер, который заявил послу Додду, что все заявления о том, что американские немцы имеют обязательства перед Германией, представляют собой «ложь, придуманную евреями» и что он лично бросит в Северное море любого чиновника, которого уличат в том, что он посылает нацистские пропагандистские материалы в США, оказался в 1934 году в очень неприятном положении, когда председатель общества «Штейбен», организации американских немцев в Нью-Йорке, признал, что многие выходцы из Германии, живущие в Америке, являются членами подобных союзов. Фюрер обещал проследить, чтобы директивы, запрещавшие участвовать в них, были ужесточены.

Однако это обещание совсем не успокоило американское посольство в Берлине, которое выразило министерству иностранных дел свою озабоченность тем, что и сам союз, и подобные ему организации контролируются Германией. Подчеркнув, что американцы традиционно очень болезненно реагируют на связи иммигрантских групп со своей бывшей родиной, дипломаты США потребовали, чтобы Германия порвала все свои связи с американскими немцами. Однако ни это требование, ни телеграммы Дикхофа, в которых указывалось на то, какой вред наносят «глупые и шумные действия» союза и подобных ему организаций, не смогли решить эту проблему.

Что касается настоящих, систематических культурных связей между двумя странами, то при посольстве конечно же существовали обычные агентства пропаганды, а также немецкая информационная библиотека и Трансокеанская служба новостей в Нью-Йорке. Кроме того, время от времени делались попытки с помощью различных средств, описанных выше, оказывать определенное культурное влияние. Следует, однако, отметить, что более реалистично настроенным дипломатам порой удавалось убедить нацистское правительство в том, что некоторые пропагандистские проекты осуществлять не следует. Изданные этим правительством директивы, которые ограничивали контакты немецких граждан и чиновников с американской общественностью, демонстрировали отсутствие реальной заинтересованности нацистов в изменении общественного мнения этой страны в пользу немцев или хотя бы оставляли на это какую-нибудь надежду. Немецкому посольству приходилось работать в условиях, когда американская публика склонна была верить, что руководство рейха разработало программу широкой финансовой поддержки пронацистских организаций в Америке, и эта вера с каждым годом все больше усиливалась.

Глава 5

НЕМЕЦКИЕ ДИПЛОМАТЫ И АМЕРИКАНСКАЯ ВНЕШНЯЯ ПОЛИТИКА ПЕРЕД ВОЙНОЙ

Внимательно следя за американской внутренней политикой, немецкие дипломаты в Вашингтоне проявляли конечно же огромный интерес и к ее внешней политике. Анализируя дипломатические события, происходившие до 1939 года, они в основном заостряли внимание на напряженных отношениях между президентом, который все более и более склонялся к политике вмешательства США в мировые дела, и традиционно нейтрально настроенным обществом и конгрессом. Предупреждения, прозвучавшие в «карантинной речи» в 1937 году, к примеру, были уравновешены Законом о нейтралитете, принятом в том же году. Все это сильно затрудняло прогнозирование внешней политики Америки, в особенности потому, что она была тесно связана с внутренней политикой. Это обязывало министерство иностранных дел внимательно следить за высказываниями Рузвельта и его ближайших советников, посвященными тем или иным событиям в мире.

В депешах в Берлин Государственный секретарь Корделл Халл, которого Дикхоф охарактеризовал как «идеалиста, витающего в облаках», обычно описывался как человек, не разделяющий крайних антинемецких настроений и не участвовавший в их проявлении. Несмотря на умеренность взглядов Халла, Дикхоф к 1938 году убедился, что в Госдепартаменте США существует антинемецкое большинство, возглавляемое Фрэнсисом Сайром, Джорджем Мессершмиттом, помощником Госсекретаря Уэлльсом и Дж.П. Моффатом, руководителем европейского отдела Госдепартамента[37].