Читаем Свадебный рэп полностью

– Володя?! – обрадовался Николай Николаевич. – Освободите его, – приказал он военным.

Те с большой неохотой, чувствуя, что жертва ускользает и глумления с выстрелом в затылок скорее всего не будет, развязали Володьке руки.

Учитель и ученик обнялись.

– Где же ты был все эти годы? – спросил Рубцов.

– Здесь, Николай Николаевич, в нашей лаборатории. Я ее выкупил за сто пятьдесят долларов у дирекции института, придумал прикрытие, риелторскую контору, чтоб не придирались, но ничего не трогал. Все здесь скоммутировано, как до вашего инсульта, для нашей последней серии. Помните?

– Конечно, помню, Володя. – Рубцов растроганно оглядел сохраненную учеником аппаратуру.

– Неужели мы понадобились? – спросил Володька.

– Еще как, – понизил голос Рубцов, чтобы его не расслышали военные в масках, они не были посвящены в тайну этой лаборатории. – Майор, поступаете в его распоряжение, – показал Рубцов на Володю. – С аппаратурой обращаться бережно, выносить в том порядке, в котором укажет кандидат физических наук Владимир Александрович Поспелов.

– Есть, – процедил сквозь зубы майор, который, к сожалению для себя, в этот раз отступил от правила сначала стрелять, потом разговаривать.

Володя достал из лабораторного сейфа огромный том ин-фолио, обшитый полимерной пленкой, защищающей бесценные страницы даже от концентрированной кислоты. Этот фолиант, напоминающий анатомический атлас Парацельса, содержал схемы расположения гейронов Земли, установленных группой Рубцова за долгие годы. Земля на страницах этого труда выглядела существом, с которого дотошные исследователи содрали кожу. Поверхность Земли была усеяна точками, каждая из которых имела свой номер, от этих точек в разные стороны отходили линии, соединявшие эти точки с другими, находящимися иногда даже по другую сторону земного шара, на других континентах. Если бы эти линии не были окрашены в разные цвета, то очень трудно было бы проследить, какая из них куда ведет. Некоторые линии представляли собой пунктир, возле выходной точки которого стоял вопросительный знак. Так были обозначены гейроны, в точном расположении которых ученые не были уверены.

Рубцов достал из нагрудного кармана бумажку с подробными координатами острова Кремль-2, нашел нужную точку на просторах Атлантического океана – рядом оказался выход гейрона под номером 837.

– Так, – повел пальцем Рубцов по линии, которая отходила от этого гейрона в сторону Европы, – хорошо, – сказал он, когда палец миновал Апеннины, – очень хорошо, – сказал он, миновав Карпаты, – прекрасно, – сказал Рубцов, когда палец наконец нашел пару гейрону 837, расположенную недалеко от Екатеринбурга. – Все складывается как нельзя лучше, вход гейрона оказался на нашей территории. Я, честно говоря, боялся, что Атлантика больше связана с Китаем или Америкой. Но нам повезло.

Так Володя оказался ранним туманным утром под Екатеринбургом, у условной точки гейрона 837. Специзделие (так на языке военных называлась атомная бомба) привезли в крытой машине, на которой для отвода глаз было написано «Перевозка мебелина дальние расстояния», и обычным строительным подъемным краном стали опускать в одну из заброшенных шахт, существовавших здесь с незапамятных времен, чуть ли не с девятнадцатого века.

Все делалось в спешке, поэтому в тумане не заметили провода электропередачи, которые были протянуты на небольшой высоте прямо над этими шахтами, и стрела крана с подвешенной бомбой коснулась их. Посыпались искры, по стреле с сухим треском пробежала голубая змейка. Водитель кубарем вылетел из кабины и, тяжело дыша, лег прямо в середину лесной лужи.

– Жив? – испуганно спросил его Володя.

Тот кивнул и перевел дыхание.

– Но я туда больше не полезу. – Водитель осторожно показал в сторону искрившегося, как новогодняя елка, крана. – Ты хоть знаешь, что это за шахта? – спросил он Володю.

– Нет, а какая разница? – ответил Володя, действительно не понимая, какое это имеет значение, если есть возможность на практике проверить одну из самых смелых научных гипотез, а тем более на это есть приказ самого Президента.

– В эту шахту царскую семью сбросили, – шепотом сказал крановщик и стал выбираться из лужи.

Володя посмотрел на кран, по которому бежали голубоватые искры. Искры бежали и по стальному тросу, за который была подвешена бомба. Рубцов растерянно оглянулся на военных, но те, почувствовав его неуверенность, дружно сделали два шага назад. Володя понял, что остался один, и решился.

– Будешь подавать мне команды, – сказал он крановщику. – Комплект противохимической защиты, – приказал подполковнику-командиру.

– Вы пойдете в кран? – спросил командир с надеждой, что ему не надо будет посылать кого-то из своих солдат, и с облегчением услышал:

– Да, ведь больше некому. – Володя презрительно оглядел струсивших, как ему показалось, военных.

А те в это время думали: «Чтоб тебя там...» – не совсем отдавая себе отчет, что если Володя что-то сделает не так, то вместе с ним, который там, и от них, которые тут, ничего не останется. Но это уже особенность военного образа мысли.