Читаем Свадебное пари полностью

Но как раз в ту минуту, когда он решил, что проведет всю ночь, стоя на холоде, двойные двери распахнулись и оттуда вышел престарелый джентльмен в напудренном парике и великолепном камзоле из синего атласа, украшенном золотой тесьмой, в черных панталонах до колен и белых чулках, опираясь на руку ливрейного лакея в парике.

Кучер открыл дверцу экипажа и поклонился старику, который, тяжело опираясь на трость, поковылял к экипажу. Кучер помог хозяину сесть, получив за свои труды яростные проклятия, лакей накрыл хозяина пледом и подложил ему под ноги горячий кирпич. Кучер поднял подножку и закрыл дверь.

— Куда? — осведомился он.

— Пикеринг-плейс… новое игорное заведение, — бросил лакей. — Он в ужасном настроении, так что поберегись.

— А когда он был в другом настроении? — фыркнул кучер, взбираясь на козлы и разбирая поводья. Экипаж неторопливо покатил по Стрэнду.

Через четверть часа он остановился на Пикеринг-плейс, где светлился из каждого окна, а входную дверь сторожил швейцар. Лакей опустил подножку, и виконт вышел и оглядел дом. Швейцар широко распахнул дверь и что-то быстро пробормотал лакею, после чего поклонился и пробормотал:

— Добрый вечер, милорд!

Виконт, не соизволив ответить, проследовал в хорошо освещенный вестибюль, где еще один лакей поспешил предложить свою помощь, взяв у его светлости треуголку и отороченные серебряным кружевом перчатки.

— Лорд Бредли, какая честь!

Навстречу поспешно шел генерал Хейуорд, предупрежденный слугой.

— Я уж и не смел надеяться, что мы будем иметь честь развлекать вас в нашем новом доме.

Он низко поклонился.

— Будете играть в салоне, милорд, или предпочитаете закрытую комнату? Там несколько джентльменов играют в кости.

— Фаро, — коротко ответил виконт, медленно продвигаясь к лестнице. — Эта ваша падчерица по-прежнему держит банк?

— Серена, милорд… По-моему, она играет в хесед в верхнем салоне, но будет счастлива видеть вас.

Генерал проводил клиента наверх.

Серена проиграла опытному игроку, и сейчас была занята не слишком серьезной игрой в хесед с молодыми игроками, когда появились виконт и генерал. Она засмеялась над какой-то остроумной шуткой, бросила кости, но, случайно подняв глаза, оцепенела. Смех застыл на губах. Отчим повелительно позвал ее. Она извинилась и поднялась из-за стола.

— Милорд! — воскликнула она приседая. Голос потерял всякое выражение. Как и лицо.

Виконт поднял монокль и стал ее рассматривать:

— Вы ничуть не изменились после всех путешествий, дорогая. Все такая же красавица. Кто на этот раз попал в ваш капкан?

— Не знаю, о чем вы, милорд, — спокойно ответила она.

Он презрительно усмехнулся.

— Вижу-вижу, уж такая скромница…

Повернувшись к генералу, он добавил:

— Не могу осуждать вас за то, что продолжаете держать ее на рынке. Полезно для бизнеса, полагаю.

Генерал бросил предостерегающий взгляд на падчерицу, прежде чем ответить улыбкой на шутку виконта.

— Во что будете играть, сэр?

— О, эта милая молодая штучка сыграет со мной в пикет, — ответил виконт, вынимая из кармана японскую лакированную табакерку с перламутровыми инкрустациями. — Вашу ручку, дорогая, если будете так добры.

Серена протянула руку и сцепила зубы, скрывая брезгливость, когда он уронил щепотку табака на внутреннюю сторону ее запястья, нагнул голову и втянул ноздрями душистый порошок, прежде чем отпустить ее.

— Ведите меня к столу, дорогая. Я готов предложить забавную ставку: сто золотых гиней против поцелуя и одного темного локона. Достаточно справедливо, надеюсь.

— О весьма, и действительно забавно, — поспешил согласиться генерал, глаза которого жадно блеснули. — Серена будет счастлива угодить вам, милорд. Уверен, что она очень польщена. Не так ли?

Серена ответила взглядом, полным невыразимого презрения. Конечно, генерал его проигнорирует, но ей стало легче. Она подошла к маленькому игорному столу в нише боковой стены салона, уселась и стала тасовать карты. Лорд Бредли прекрасно играл в пикет, это Серена знала давно, но за последние два года она тоже отточила мастерство и быстро поняла, что его светлость давно не практиковался. Она же играла в холодном расчетливом молчании, обдумывала каждый ход, старалась не делать ошибок и сравнительно легко выиграла первые две партии.

— Две партии из трех дают мне право выигрыша, сэр, — объявила она, кладя карты на стол.

Виконт ответил не сразу. Вынул из кармана столбик золотых гиней, бросил на стол и покачал головой.

— Вы многому научились с тех пор, как мы в последний раз играли вместе. Но я настаиваю на утешительном призе, дорогая.

Он неожиданно схватил ее за руку, и она подивилась удивительной силе его пальцев.

— Один поцелуй.