Читаем Свадебное пари полностью

Ее оскорбитель так и прилип к стене, кашляя и задыхаясь, при этом пытаясь втянуть воздух в легкие после мощного удара в пах. Очевидно, он предположил, что одинокая молодая женщина без шляпки — легкая добыча.

— Пойдем.

Себастьян взял девушку за руку, вывел из душного двора на залитую солнцем улицу, где воздух был куда чище, и Абигайль сразу успокоилась.

— Где ваша горничная… гувернантка… кто был с вами? — спросил Себастьян, оглядывая улицу.

Абигайль неохотно покачала головой, прекрасно понимая, что подумает и кем посчитает ее этот человек, узнав, что она вышла на улицу одна.

— Я… со мной никого нет, — призналась она, низко опустив голову. — Мне просто захотелось немного свободы, вот и все.

Себастьян молча уставился на нее. Он понимал это желание. Потому что часто наблюдал, как женщины, особенно молодые, иногда находили невыносимыми ограничения, накладываемые на них обществом. Даже Серена, которая пользовалась большей свободой, чем многие женщины, держалась в рамках приличий. Впрочем, сейчас, может, и нет. Он не знает, кем она стала.

— Где вы живете? — спросил он наконец.

— Брутон-стрит.

Он кивнул. Как и предполагалось, весьма респектабельный квартал.

— Ваши родные, должно быть, вне себя от тревоги.

Он не хотел ее упрекать, но темно-голубые глаза девушки наполнились слезами, а губка дрогнула. Он понял, что она еще почти ребенок и вела себя как любая маленькая озорница!

— Я не хотел журить вас, — поспешно сказал он, — тем более что не имею на это права.

Мужчина с легким поклоном предложил ей руку, что отчасти вернуло Абигайль утерянное достоинство.

— Себастьян Салливан к вашим услугам, мисс.

Абигайль умудрилась присесть.

— Абигайль Саттон, сэр, и я искренне благодарна за помощь.

— Очень рад, — добродушно рассмеялся он.

Во время короткой прогулки до Брутон-стрит Себастьян многое узнал об Абигайль Саттон. Она с поразительной скоростью пришла в себя и щебетала так, словно встретила старого друга.

— Мне не слишком понравился Париж, — призналась она, — но мама посчитала необходимым, чтобы я приобрела некоторый жизненный опыт на континенте, а заодно попрактиковалась во французском. Боюсь, я не сильна в иностранных языках, которые изучала в школе. Мой французский ужасен, но я немного говорю по-итальянски и неплохо рисую, по крайней мере так утверждала моя преподавательница, мисс Трентон. Она даже говорила, что я талантлива. Немного играю на фортепьяно и пою, так что с этим все в порядке, хотя арфа для меня — сущее проклятие.

— Понять не могу, почему нужно обязательно уметь играть на арфе. По-моему, этот инструмент более всего подходит для немолодых леди солидной комплекции и с уродливыми прическами, — торжественно объявил Себастьян, чем вызвал восторженный смешок спутницы.

Они подошли к дому, и Себастьян немедленно покинул бы подопечную, но дверь распахнулась еще до того, как он успел поднять молоток, и на крыльцо выскочила дородная и явно расстроенная леди.

— Абигайль! Дитя мое, где ты была? Твой отец вне себя от тревоги. Я рву на себе волосы!

В качестве наглядного доказательства она помахала руками над напудренной куафюрой. Легкие пряди вырвались из шпилек, и теперь локоны в беспорядке обрамляли ее лицо. Алые румяна ярко выделялись на фоне белых от пудры щек.

— О чем ты только думаешь? — продолжала она, повышая голос. — И кто это? Мужчина… тебя видели на улице в сопровождении незнакомого мужчины… Что это за человек, способный воспользоваться беспомощностью молодой девушки… отцу придется вызвать его на дуэль, и должна сказать…

— Минуту, мэм, — холодно перебил Себастьян, оборвав начинающуюся истерику. — Мне кажется чрезмерной такая реакция на то, что было всего лишь учтивостью, основанной на самых добрых намерениях. Я всего лишь проводил мисс Саттон домой после ее весьма неприятной встречи на Пиккадилли.

Сняв шляпу, он поклонился.

— Себастьян Салливан к вашим услугам, мэм.

Марианна стояла как громом пораженная. Наконец она сумела разглядеть незнакомца. Все в нем говорило об утонченности и хорошем воспитании.

— О Господи, сэр, я не имела в виду ничего дурного, вы так много сделали для моей дочери! Входите, пожалуйста. Муж, несомненно, захочет лично вас поблагодарить.

Абигайль умирала от стыда, видя мать глазами Себастьяна. Отчетливый провинциальный выговор, растрепанные волосы… какой позор!

Но Себастьян улыбался миссис Саттон, склоняясь над ее рукой, словно не замечая ее очевидную простоту.

— Для меня это большая честь, мэм. Но поверьте, все это такие пустяки, и я искренне наслаждался обществом мисс Саттон.

Он повернулся к Абигайль и показал на открытую дверь.

— Мисс Саттон, позвольте мне закончить взятую на себя задачу и проводить вас в дом.

Абигайль покраснела и поспешила переступить порог. Как она и опасалась, отец немедленно выглянул из столовой, не успев снять заткнутую за воротник салфетку. Его лицо пылало.

— В чем дело, Абигайль? Где ты была? Мама едва с ума не сошла от беспокойства.

Его взгляд упал на Себастьяна, и лицо побагровело еще больше.

— Кто вы такой, сэр? И какие у вас дела с моей дочерью?