Читаем Свадьбы не будет полностью

А Надя еще более печально спросила:

– Как думаешь, сколько продлится карантин?

– Ну… наверно, месяц. Как минимум. Даже если по правилам меньше – они всячески страховаться будут.

– Значит, увы. В загс мы опять не попадаем, – пригорюнилась Митрофанова.

Дима хотел укорить, что несерьезно в нынешней ситуации думать о глупостях, но посмотрел в расстроенное лицо невесты и промолчал.

Артур пошел на поправку лишь в феврале, когда в окно палаты стало хотя бы изредка заглядывать солнце, а воробьи наглым чириканьем возвестили о том, что весна неизбежна.

Лежал спортсмен в одиночной палате, но запирать его давно перестали. И врачи уже месяц приходили без защитных костюмов. Постоянно водили – будто в цирк – делегации студентов. А вчера объявили: он больше не опасен и может принимать гостей.

Благодарить Артур не стал – отвернулся к стене.

Во всем мире у него был единственный близкий человек – его Кристи.

И что делать теперь, когда она мертва?

Зеркало утверждало: он все еще хорош собой. Лечили его качественно и уродом не оставили. Единственный шрам от особо крупной оспины над бровью погоды не делал.

Тело – почти здорово. Душа – мертва навсегда.

Куда деваться и чем заниматься теперь, он понятия не имел.

Продолжать делать то, что он умел? Организовывать несчастные случаи, убивать?

Но зачем, для кого?

Найти себе новую подругу и «обточить» ее под себя?

Да, когда-то он банально хотел сделать из Кристины удобную и совершенную во всех отношениях спутницу. Но только сам не заметил, как влюбился. И теперь, когда представлял, как любимое тело разлагается, усыпанное килограммами хлорной извести (хоронили по типовым для особо опасных инфекций правилам), у него сжимались кулаки.

К Артуру – человеку, который побывал в объятиях смерти, – постоянно пытались прорваться журналисты. Он категорически отказывал всем.

И только когда на пороге палаты вдруг появился его собрат по несчастью Полуянов, губы сами собою расползлись в слабой улыбке.

– Артур! – кинулся к нему Димка. – Как я рад тебя видеть!

Атлет поморщился, и Полуянов поспешно добавил:

– Ты не волнуйся, я к тебе не за интервью. Просто проведать пришел. Вот апельсины. Держи.

– Ну… как там на воле? – вяло поинтересовался спортсмен.

– Мороз, солнце. Надюха тебе огромный привет передает. Просится проведать с домашними пирожками.

Артур начал было отказываться, но Дима перебил:

– Да брось ты. Мы ведь теперь однополчане практически. Про остальных знаешь?

Спортсмен покачал головой. Кристина умерла, а на прочих ему было плевать. Он вспомнил свой последний день в Селютине.

Кажется, он шел к Глебу. Человеку, который убил его Кристи. Но жар плавил тело, ноги дрожали, лицо заливало потом, и до дома врага Артур добирался вечность. Но все-таки дошел. Попытался выломать запертую дверь. И дальше не помнил ничего.

Очнулся уже в вертолете. Над ним склонялись три страшных лица в очках-консервах.

Потом то выныривал из забытья, то снова в него проваливался. А когда уже после Нового года кризис миновал и температура спустилась, Артур с удивлением понял: он больше не хочет убивать Глеба.

За что мстить придурку? Кристи никто в машину к нему не затаскивал. Аварию Артур спровоцировал сам. Убивать за то, что мозгляк с управлением не справился?..

Спортсмен резко сел в постели. Горько молвил:

– А ведь это я Кристину на проект затащил. Мы столько сил положили, чтобы туда попасть… Кто, черт возьми, виноват, что все так кончилось?! Правда, Полуянов, скажи мне: кто?! Кто всех нас подставил?! Я запутался.

Дима вздохнул:

– Официально считается – Международная террористическая организация. У них было две цели: опробовать биологическое оружие, а главное – напугать. Громко заявить о себе.

– Кто ее главарь?

– Арзу Юнусов.

– Где-то я слышал эту фамилию…

– Его брат Акрам Юнусов в экспедицию вместе с Петельской ездил. Вирус оспы добыл.

– Этот Арзу, конечно, живет где-нибудь в Сирии? Или в Ираке?

– Представь себе, нет. Он удачливый бизнесмен. Москвич.

– А где оба сейчас?

– Удрали из страны. По чужим документам.

– То есть выкрутились? – изумился Артур.

– Не совсем. Месяц назад оба погибли. В Мексике. Очень красивая, киногеничная авиакатастрофа.

– Это точно были они?

– Не сомневайся, наши спецслужбы работают на совесть, – усмехнулся Полуянов. – Подручных Юнусова – тех, кто вертолет сбил, – тоже достали. Дали пожизненное. Всем.

– А Петельская?

– Что с нее взять? Жертва. Несчастная влюбленная. Задурили девчонке голову. «Он тебя предал. Отомсти ему. Отомсти красиво!» Она и пошла на смерть ради любви. А помимо всех нас еще больше пятисот человек заразила.

– И что с ней стало?

– Умерла от черной оспы. Тут, в твоей больнице.

– А Глеб?

– Тоже. И Толик. Остальные выкарабкались.

– Может, ещё и поженился кто-нибудь? – саркастически спросил Артур.

– Представь себе, да. Прасковья с Александром. И Василиса с Николаем. А блогер, который снял и в Интернет выложил, как вертолет сбили, теперь звезда неописуемая. Подписчиков сотни тысяч, на улице автографы просят. – В голосе Димы прозвучало нечто похожее на зависть.