Читаем Сувенир полностью

«С точки зрения профессора Чарльза Ричета, которого поистине можно назвать одним из основателей современных исследований психики, весьма притягательной кажется идея существования не-человеческих, наделенных интеллектом „элементалей“. Он делает вывод, что под эту категорию могут подпадать и явления немецких „берг гайстер“ — горных духов, кобольдов и легендарного „маленького народца“. С этим согласен и великий французский астроном Камилл Фламмарион: „Неизбежно возникают две гипотезы. Либо данный феномен (появление привидений) продуцируем мы сами, либо это суть духи. Но заметьте хорошенько: духи эти не обязательно являются душами умерших, ведь могут существовать иные создания. Мир может быть полон ими — при том, что мы вечно остаемся в неведении, если только не возникают некие необычные обстоятельства. Разве не находим мы в различных древних произведениях демонов, ангелов, гномов, духов, привидений, элементалей и так далее? Возможно, на самом деле эти предания не лишены некоторых оснований“. Здесь в поддержку двум упомянутым ученым мужам можно цитировать исследования доктора Уолтера Ивэнс-Венца; жившего в семнадцатом веке священника, преподобного Роберта Керка из Эйберфойла; а также венгерского минералога, г-на Калошди, собравшего множество рассказов о таинственных шумах и стуках в венгерских и богемских копях. Эти стуки часто слышал он сам вместе с учениками. Г-жа Калошди видела в хижине крестьянина Михаэля Энгельбрехта явления пресловутых „кобольдов“ во плоти: они оказались нелепыми человечками ростом с ребенка, которые исчезли, когда на них направили сильный свет».

Свет, размышлял Маккей. Во всем мире повторялось одно и то же. Похоже, тема была возвратной. Свет, древнее народное средство защиты от слуаг сид.

Далекий церковный колокол пробил полночь. Обеспокоенно вздохнув, Маккей закрыл книгу и решил объявить отбой. Терзаясь сомнениями, чему же верить, он пошел наверх, ложиться. По всей видимости, Холлэндер потревожил вора, который убил его и затем украл камень. И все же… почему именно камень и ничего больше? Маккей задумался о многочисленных старинных преданиях, связанных с перемещавшимися в ночи камнями — Роллрайтом, Карнаком и Шантекоком.

Он забылся беспокойным сном, понимая, что прежде, чем посмеет посвятить Киттреджей в свои растущие подозрения, должен узнать гораздо больше.

Он торопливо позавтракал и в половине девятого ушел из дома. В спешке он забыл шляпу. Несколько часов сна, которые профессор урвал, оставили ощущение слабости и раздражения. Снились ему запутанные кошмары: что-то гналось за ним во мраке подземных склепов могильников Лонг-Грэйндж. Машина Маккея нырнула в Каллахэн-тоннель, и он вздрогнул от этих воспоминаний, пытаясь стряхнуть оставленное сном навязчивое чувство. Но день был уже омрачен; отброшенной на него тени вторила пелена нависших над аэропортом низких облаков.

Маккей поставил машину на центральной стоянке и по кредитной карточке купил билет на челночный рейс Восточных авиалиний до Нью-Йорка.

Самолет был забит пассажирами, летающими по сезонным билетам. Маккей сел у окна, положил чемоданчик на колени и стал внимательно изучать спинку переднего сиденья — красные, светло-коричневые и коричневые похожие на облачка штучки. Думал он об обезглавленном трупе Холлэндера, на который было страшно смотреть; о том, сколько крови содержится в человеческом теле; о старинном кельтском способе отправлять врага на тот свет. Профессор снова ощутил дурноту и головокружение. Раздался тихий голос. Темнокожая стюардесса в синей форме напомнила ему пристегнуть ремень. Из вентилятора дуло ледяным воздухом. Маккей потянулся наверх, но отключить его не сумел. На взлетной полосе впереди стояли самолеты. Американские авиалинии: красные и синие "А", устремленные вверх синие крылья. Восточные авиалинии: голубой с синим. Многоцветное оперение.

Вот, наконец, самолет напрягся, взял разбег, стремительным прыжком метнулся в воздух.

Бостонский залив. Островки, похожие на нефтяные пятна или на облака.

Занятый своими мыслями профессор все воспринимал, как в горячечном бреду: остров внизу был странным кельтским призраком, ушастым существом с единственным синим глазом-озером, драконом со страниц Книги из Дэрроу, Келлса или Линдисфарна. Соединявший два островка прямой мост был мостом между Миром Людей и Миром Слуаг Сид. Маккей закрыл глаза и попытался уснуть.

В течение сорока пяти минут сон ускользал от него. Перед глазами плясали камни. Маккею вспомнилось, что в Индии молодые бездетные пары молятся камням, чтобы те даровали им дитя. Во всем мире бытовала одна и та же упрямая убежденность: в камнях обитают духи. Мадагаскарские купцы натирали священные камни маслом, дабы их дело процветало. В Индии камням приносили в жертву рис и сандаловое дерево. В Ирландии — молоко и кровь. В голове у профессора беспрестанно звучала одна и та же строка (кажется, из Йитса?): «Кровь — великий собиратель злых духов».

Из Ла-Гардия Маккей, взяв такси, поехал прямиком на Сорок вторую улицу, в публичную библиотеку.