Читаем Сурвивалист полностью

- Да подожди ты, - Олег прервал причитания гнома. - Костя, я правильно понял, мы не можем рассчитывать на помощь Анастаса Бреговича?

- Никто посторонний не может вмешиваться в Рокош. Пойми, Олег, аристократам не нужен подобный прецедент. Если Брегович даст Катаржине хотя бы один полк, то ни он, ни его дети, ни внуки или правнуки не смогут воспользоваться своим правом: поднять бунт против короля. На это никто не пойдёт.

- Всё не так печально, как кажется, - я поспешил успокоить друзей. - В Ринице остались два полка, у нас есть Фаланга, да и сами мы чего-то стоим! Миха, сколько у бунтовщиков войск?

- Два... четыре... четыре полка пехоты, и около трёхсот рыцарей.

- Почему трёхсот? Я так понял, что их намного больше: вначале, гвардейцев атаковало не меньше четырёхсот всадников, а когда вы пошли на прорыв, из замка выехала ещё сотня.

- Так и было, но рыцарей порядочно проредили и гвардейцы, и лучники... Нет, их никак не больше трёхсот пятидесяти, а скорее всего меньше.

- Это радует, но ты не упомянул баронское ополчение. Или вы его полностью перебили?

- Почти, - вздохнул парень. - К концу битвы от баронских дружин практически ничего не осталось. Там... не больше двухсот человек еле-еле наскребётся и, как самостоятельная боевая единица, ополчение прекратило существование.

- Ну вот, - я обвёл присутствующих залихватским взглядом. - У нас три полка, плюс, двести пятьдесят монахов, против четырёх полков и трёхсот рыцарей. Не настолько уж, и большая разница!

- Да, только мы не знаем, кто ещё скрывался в замке, - буркнул гном. - По крайней мере, маги там точно были.

- А ещё лёгкая кавалерия Казарских, - напомнил о себе Фармак и, после моего вопросительного взгляда, пояснил: - За каждым из родовых владений, наблюдают по двое моих разведчиков. Ребята прячутся в близлежащих лесах и стараются никому не попадаться на глаза. И вот команда, дежурившая в окрестностях замка барона Милич, обнаружила отряды лёгкой кавалерии в цветах графа Казарского.

- Сколько?

- Я поставил перед ними задачу: наблюдать и никак себя не проявлять. В таких условиях, Сергей, они были весьма ограничены, а всадники почему-то не очень любят ездить по лесу...

- Стас, я все понимаю. Давай, ближе к телу, сколько?

- Они насчитали двести кавалеристов... только это очень, очень приблизительная цифра.

- Понятно. Стас, вот ты и займись разведкой. Мне нужна вся информация о войске бунтовщиков: кто им командует, имена полковников, из каких они владений, какие у них сильные и слабые стороны, способны ли на самостоятельные решения или ждут приказов? Я уж не говорю о численности армии и подразделений. Сколько километров проходят на марше, планировка лагеря, расписание патрулей, кто готовит еду... в общем - всё. И, я тебя прошу, не откладывай в долгий ящик.

- Понял, убежал, - парень резко распахнул дверь и вылетел из предбанника.

Только сейчас я сообразил, что вот уже десять минут мы стоим в небольшой проходной комнатке, строя планы по подавлению бунта. События развивались слишком стремительно, и нам необходимо было время чтобы спокойно всё обдумать, однако не зря говорят: «Промедление смерти подобно». В нашем случае, эту фразу стоило воспринимать в прямом смысле. Прежде всего, надо объявить военное положение в Ринице и подготовить город к осаде. Относительно Мисаля я не переживал - в монастыре достаточно продовольствия и сильный гарнизон, чтобы отразить нападение любого противника.

«В крайнем случае, - думал я, - отойдём в Самету. Только не хочется бросать епископство, это - наша земля. Как бы пафосно не прозвучало, но нам тут жить, растить детей... эх Яри, Яри». Воспоминания о Ярославе, неожиданно, натолкнули меня на мысль:

- Подождите. Так есть же ещё гарнизон Саметы! Пусть он и небольшой, но в новом монастыре ещё больше тысячи бойцов Хатальтуля, причём, именно бойцов, а не каких-то нубов. Костя, не разочаровывай меня, скажи, что они могут участвовать в войне.

- К сожалению, - демиург развёл руками, - фармеров так и не приняли в орден. Они даже не послушники, ибо вы решили зарядить алтарь и сразу посвятить их в монахи. А вот по поводу гарнизона Саметы... - парень достал свой гримуар, присел на ступеньку и углубился в чтение.

Я молча указал друзьям на дверь, и мы тихо вышли на улицу, не желая мешать демиургу. На плацу перед донжоном собрались все обитатели монастыря. Монахи и послушники беспорядочно перемещались по мощённой булыжником площади, собирались в небольшие группы, о чем-то разговаривали, спорили. Неизменно в центре подобных групп оказывался кто-то из бывших членов Дракона и понять, о чем же говорят соорденцы, не составляло труда. Постепенно споры затихали, все собравшиеся, один за другим, поворачивали лица к донжону, их взгляды были направленны на меня.

За последнее время ничего не изменялось - я, как и десять минут назад, не имел чёткого плана действий, однако уверенно шагнул вперёд, желая приободрить друзей: