Читаем Superabundance полностью

Люди обеспечивают свое существование, работая друг на друга и торгуя друг с другом. При этом они как создают новые ресурсы, так и предоставляют и доказывают свою способность обеспечить еще более значительное увеличение численности населения. В книге "Сверхизбыточность" Тупи и Пули приводят горы данных, которые делают понятие "устойчивость" придирчивым отвлечением людей, лишенных видения. В то же время они предлагают новую модель экономических измерений, основанную на теории информации.

Главным критерием и мерилом богатства является время. То, что остается дефицитным, когда все остальное становится изобилием, - это наши минуты, часы, дни и годы. Время - единственный ресурс, который нельзя переработать, сохранить, продублировать или восстановить. Деньги - это, по сути, токенизированное время. Когда у нас заканчиваются деньги, у нас на самом деле заканчивается время, чтобы заработать больше. Если оценивать стоимость по этому единственному универсальному показателю - времени, то мы переживаем золотой век капитализма.

Самым большим прорывом в экономике XXI века является комплексный и творческий перевод цен в цены времени. Цены времени рассчитывают количество часов и минут, необходимых для того, чтобы заработать деньги на покупку товаров и услуг. В отличие от денежных цен, цены времени однозначны и универсальны, это истинные цены. Все остальные цены являются круговыми, измеряя стоимость измеряемыми стоимостями, товары - товарами, рыночные капиталы - денежными рынками. Тупи и Пули берут эту фундаментальную экономическую концепцию и делают ее стержнем новой провидческой теории экономических измерений.

Данные, собранные Тупи и Пули начиная с 1850 г., показывают, что на протяжении более чем полутора веков, если судить по временным ценам, изобилие ресурсов росло со скоростью 4% в год. Это означает, что каждые 50 лет экономика реального мира увеличивалась примерно в семь раз. В период с 1980 по 2020 г. при росте населения на 75% временные цены на 50 основных товаров, обеспечивающих жизнь, упали на 75%. Это означает, что на каждый прирост населения мировые ресурсы увеличиваются в 8 раз. Тупи и Пули подтверждают революционную мысль Саймона: люди - это не бремя для ресурсов, а их источник.

Вопреки всем заявлениям об инфляции и обесценивании денег, о бешеных долгах и нулевых процентных ставках, Тупи и Пули показывают, что эти темпы реального роста даже увеличились. Возможно, острие копья переместилось из Калифорнии в Техас, из США в Китай, Индию, Израиль и даже Африку. Но везде, где предприниматели могут свободно создавать и продавать свои изобретения , цены времени падают. Цены времени показывают, что в течение первых 20 лет века экономика Китая росла в среднем более чем на 10% в год.

У каждого человека, независимо от того, богат он или беден, в сутках всего 24 часа. Но при снижении цен на время именно бедные люди зачастую получают огромные и неодинаковые преимущества. Вместо сизифовой борьбы за пропитание у них появляется больше свободного времени для изобретений и инноваций. Так, вместо того чтобы тратить каждый час бодрствования на охоту и добычу пищи для жизни, обычные люди сегодня зарабатывают на еду за считанные минуты.

Как показывает исследование Superabundance, временная стоимость приобретения риса в качестве продовольствия на день в Индии снизилась с примерно семи часов в 1960 г. до менее часа сегодня, в то время как временная стоимость сопоставимого предложения пшеницы в Индиане снизилась с часа до 7,5 минут. В результате поразительного сокращения неравенства индийский крестьянин получил шесть часов и две минуты для выполнения других дел, в то время как покупатель пшеницы в Индиане получил всего 52 минуты.

Революция временных цен Тупи-Пули вытекает из развития информационной теории экономики и обогащает ее. Эта теория переносит в экономику центральные выводы, лежащие в основе информационной экономики. Как установил математик Клод Шеннон, применивший информационное исчисление к телекоммуникационным сетям и впервые определивший биты и байты в информатике, информация - это неожиданные биты. Она измеряется неожиданностью.

Шеннон назвал ее "энтропией", следуя теории информации физика Людвига Больцмана о термодинамике беспорядка. Таким образом, Шеннон сбил с толку поколения гениев, до сих пор свято верящих в то, что информация - это порядок, и поверг в смятение многочисленных экономистов, занимающихся математикой равновесия. В стандартной экономике равновесие - это смерть. Информационная экономика, напротив, связана с нарушениями и беспорядком.

Теория информации, лежащая в основе суперобеспечения, закладывает основу для экономики, основанной не на равновесии или порядке, а на поддающихся проверке предпринимательских сюрпризах. Порядок предсказуем, а значит, малоинформативен и малоэнтропиен. Однако, как показал Шеннон, для того чтобы нести высокоэнтропийные сообщения или предприятия, требуется носитель с низкой энтропией, без сюрпризов.