Читаем Суфии полностью

Этот пункт может показаться неважным, но суфии думают иначе. Такова одна из причин, по которой сами суфии не используют какого-то одного статичного термина для обозначения своего культа. Они называют его наукой, искусством, знанием, Путем, племенем и даже гибридным словом, вошедшим в употребление в X в., которое можно было бы перевести как психоантропология (нафсанийат-аль-инса-нийат), но они не называют его суфизмом.

Варика суфийа означает Суфийский Путь, что является очень удачным переводом этого термина на английский язык, так как слово шарика, означающее Путь и одновременно способ делания чего-либо, передает такие понятия, как дорога, придерживаться линии или стези, другими словами, Путь суфиев. Суфизм называют разными именами в зависимости от того, о каком аспекте деятельности суфия идет речь в данный момент. Так, например, можно встретить термин илм-аль-маарифат (наука Познания) или эль-ирфан (гнозис), а организованные ордена или группы чаще всего называются шарика. Подобным же образом суфиев называют искателями, опьяненными, озаренными, добрыми, друзьями, близкими, дервишами, факирами (смиренными, нищими духом) или каландарами, познавшими (гностиками), мудрыми, влюбленными, эзотеристами. Так как суфизма без суфиев не существует, это слово прежде всего применяется по отношению к людям, и его нельзя рассматривать как абстрактное понятие, наподобие, например, «филологии» или «коммунизма», где первое означает изучение слов, а второе – теорию общественных действий. Суфизм, таким образом, включает в себя организацию суфиев и активную практику их культа. Это слово не может служить каким-нибудь теоретическим описанием Пути Суфиев. Не существует теоретического или интеллектуального суфизма, а словоупотребление: движение суфиев является, конечно, тавтологией, поскольку само понятие «суфий» означает движение, включающее в себя всё, что движется подобным образом. Есть, например, «христианские суфии». Эту фразу можно использовать, и ее использовали все суфии. Суфия называют даже масихи-и-батики (эзотерический христианин).

Если бы необходимо было представить искусственному интеллекту все факты, касающиеся суфиев, с тем, чтобы он их каталогизировал и свел в единую систему, он, скорее всего, сломался бы. К счастью, многие люди все еще способны воспринимать информацию на различных уровнях и оперировать соответствующими паттернами. Приведем некоторые факты о суфиях:

В исторические времена деятельность суфиев осуществлялась главным образом в контексте ислама. Среди них были великие теологи, поэты, ученые. Они приняли атомистическую теорию и сформулировали эволюционное учение за шесть веков до Дарвина. Их почитали как святых, преследовали и уничтожали как еретиков. Они учат, что в основании всего, что называется религией, лежит одна первичная истина.

Одни заявляли: «Я ни во что не верю», другие: «Я верю во все». Одни говорили: «Легкомыслие среди суфиев неуместно», другие считали, что «суфий без чувства юмора – не суфий». Схоластицизм и мистицизм несовместимы друг другом, и тем не менее суфии развивали и эти два направления, и многие иные. Являлись ли эти два направления мусульманскими школами? Нет, как установили профессор Паласиос и другие исследователи, представители этих направлений были христианами, сотрудничавшими с августинцами и последователями св. Иоанна Креста. Итак, из чисто восточных мистиков суфии превращаются в предшественников католических мистиков и философов. Приведем еще несколько фактов. Кофе, который мы с вами пьем, согласно традиции, впервые стали употреблять суфии, чтобы повысить осознанность. Мы носим их одежду (рубашки, пояса, брюки); слушаем их музыку (андалузские мелодии, ритмизованная музыка, любовные песни); танцуем их танцы (вальс, танец Моррис); читаем их произведения (Данте, «Робинзон Крузо», Чосер, «Вильгельм Телль»); используем их эзотерические фразы («момент истины», «дух человека», «идеальный человек») и играем в их игры (карты).[24] Иногда мы даже состоим в ответвлениях их обществ, таких как масонство или некоторые рыцарские ордена. Эти суфийские элементы рассматриваются в нашей книге ниже.

Суфием может быть монах в келье, факир в горах, купец в лавке или монарх на троне, но это еще не суфизм. Традиция гласит, что суфизм служит закваской («суфизм – это дрожжи») для всего человеческого общества. Если суфизм как предмет изучения так и не покинул нишу академических исследований, то только потому, что не стал доступным для схоластического изучения. Само разнообразие суфизма не позволяет систематизировать его настолько, чтобы сделать суфийский феномен достаточно статичным для исследования. Суфизм, согласно суфиям, – «это приключение, необходимое приключение».