Читаем Суфии полностью

Обучающий шейх не проводит много времени в обществе. Он выделяет время для уединения и движений (хилват и джилват). У учителя есть свои собственные особые упражнения. Они предназначены персонально ему и другим людям, и развивают преданность деятельности. Он должен культивировать отрешенность от людей как таковых.

Он также участвует в различных (в том числе и религиозных) актах посвящения и благотворительности.

Далее в книге Кларка идет глава, посвященная обязанностям ученика или обучаемого (Ведомого). Она следует после описания функций шейха, в отличие от оригинала. Прежде всего, Кларк подчеркивает необходимость для ученика иметь учителя. Принятие учителем ученика – наиболее близкий к божественному принятию акт и, насколько это возможно, олицетворяющий его. Право на получение руководства от шейха частично достигается правильным отношением к учителю. Шейх же, в свою очередь, имеет право на уважение. Ученик должен соблюдать пятнадцать «Правил поведения»:


Он должен полностью доверять своему руководителю в деле наставления, руководства и очищения учеников.

Он должен обслуживать своего учителя бережно и внимательно.

Он должен быть покорным шейху.

Он должен отбросить, как внешнее, так и внутреннее противодействие своему учителю.

Он должен привести свою волю в согласие с волей руководителя.

Он должен наблюдать за мыслями шейха.

Ему надлежит рассказывать шейху о своих снах для того, чтобы тот мог продиагностировать его мысли.

Он ожидает слов учителя.

Он понижает голос в присутствии учителя.

Он не допускает слишком сильных проявлений своего эгоизма. Он называет учителя «О Сейид» (господин) или «О Маула» (учитель).

Он обращается к своему учителю только в подходящее для этого время.

Он не должен говорить о стадиях ментального развития и опыте, которые к нему не относятся, он также не должен много говорить с учителем о своей собственной стадии.

Он должен скрывать чудеса своего учителя, если узнал о них.

Он должен открывать шейху свои переживания.

Он должен говорить с шейхом так, чтобы тот понимал его.


Подойдя к изучению раздела о дервишеских общинах (в его книге это третья глава, а в оригинале – пятая) Кларк суммирует положения Сухраварди, которые знакомят читателя с обычаями дервишей.

Когда дервиш направляется в дервишескую обитель, он старается прийти туда до обеда. Он приветствует это место молитвой и здоровается со всеми присутствующими за руку. Он может сделать обитателям подношение, возможно в виде еды. Дервиши разделяются на две группы – обитателей и странствующих. Само дервишество часто рассматривается как определенное условие или фаза бытия суфия, а не неизменное состояние или постоянное занятие. В этом смысле дервишество нельзя сравнивать с монашескими институтами христианства или буддизма.

Дервиш может пробыть в общине на правах гостя в течение трех дней, после чего ему разрешается остаться и на более длительный срок, если он найдет себе в стенах обители подходящее занятие. Люди, находящиеся на стадии непрерывного поклонения, не исполняют в общине никакой физической работы.

Дервиши, проживающие в общине, которых называют обитателями, относятся к одному из трех состояний или отрезков пути. Первая группа состоит из людей служения (Ахл-и-Хидмат), находящихся на самой ранней стадии. Они обслуживают постоянных обитателей общины и находятся в самом начале пути. Эта стадия предшествует той, на которой даются внутренние упражнения, поэтому они выполняет только внешние упражнения в сочетании с внутренними «намерениями», что не обеспечивает реального развития, хотя служители и могут рассматривать их в таком качестве. Только с помощью такого служения они становятся достойными для приобщения к реальному служению.

Люди общества (Ахл-и-Сухбат) чаше всего принадлежат к более молодому поколению. Они проводят время в помещениях для встреч, где занимаются совместной деятельностью, чтобы обеспечить связь (знание), которая раскрывает их реальность и способность к «работе».

Люди уединения (Ахл-и-Хилват) – это обычно старшие по возрасту члены общины. Большую часть времени они проводят в одиночестве, занимаясь упражнениями, соответствующими их стадии.

Часто у подобного собрания дервишей нет учителя. В таком случае они неполноценны. Они способны лишь подготовить себя к связи с мастером. Они культивируют веру, терпение и размышление. Они должны вместе питаться, чтобы установить между собой связь как внешнего, так и внутреннего характера. Они должны прилагать постоянные усилия к тому, чтобы не только поддерживать между собой согласие, но и состояние полного равенства в отношениях друг с другом. Им противопоказано создавать организацию с иерархической структурой или лидерством.

Перейти на страницу:

Все книги серии Канон 2.0

Суфии
Суфии

Литературный редактор Evening News (Лондон) оценил «Суфии» как самую важную из когда-либо написанных книг, поставив её в ряд с Библией, Кораном и другими шедеврами мировой литературы. С самого момента своего появления это произведение оказало огромное влияние на мыслителей в широком диапазоне интеллектуальных областей, на ученых, психологов, поэтов и художников. Как стало очевидно позднее, это была первая из тридцати с лишним книг, нацеленных на то, чтобы дать читателям базовые знания о принципах суфийского развития. В этой своей первой и, пожалуй, основной книге Шах касается многих ключевых элементов суфийского феномена, как то: принципы суфийского мышления, его связь с исламом, его влияние на многих выдающихся фигур в западной истории, миссия суфийских учителей и использование специальных «обучающих историй» как инструментов, позволяющих уму действовать в более высоких измерениях. Но прежде всего это введение в образ мысли, радикально отличный от интеллектуального и эмоционального мышления, открывающий путь к достижению более высокого уровня объективности.

Идрис Шах

Религия, религиозная литература

Похожие книги

Exemplar
Exemplar

Генрих Сузо (1295/1297—1366) — воспитанник, последователь, апологет, но отчасти и критик своего учителя Майстера Экхарта (произведения которого уже вышли в серии «Литературные памятники»), суровый аскет, пламенный экстатик, проповедник и духовник женских монастырей, приобретший широкую известность у отечественного читателя как один из главных персонажей знаменитой книги И. Хёйзинги «Осень Средневековья», входит, наряду со своим кёльнским наставником Экхартом и другом Иоанном Таулером (сочинения которого еще ждут своего академического представления российской аудитории), в тройку великих мистиков позднесредневековой Германии и родоначальников ее философии. Неоплатоновская теология Экхарта в редакции Г. Сузо вплотную приблизилась к богословию византийских паламитов XIV в. и составила его западноевропейский аналог. Вот почему творчество констанцского харизматика несомненно окажется востребованным отечественной религиозной мыслью, воспитанной на трудах В. Лосского и прот. И. Мейендорфа, а его искания в контексте поиска современных форм духовной жизни, не причастных церковному официозу и альтернативных ему, будут восприняты как свежие и актуальные.Творения Г. Сузо не могут оставить равнодушными и в другом отношении. Прежде всего это автобиография нашего героя — «Vita», первая в немецкой литературе, представляющая собой подлинную энциклопедию жизни средневековой Германии: кровавая, откровенно изуверская аскеза, радикальные способы «подражания Христу» (умерщвление плоти, самобичевание) и экстатические созерцания; простонародные обычаи, празднества, чумные эпидемии, поклонение мощам и вера в чудеса, принимающие форму массового ажиотажа; предметная культура того времени и сцены повседневного быта социальных сословий — вся эта исполненная страстей и интеллектуальных борений картина открывается российскому читателю во всей ее многоплановости и противоречивости. Здесь и история монастырской жизни, и захватывающие катехизаторские путешествия Служителя — литературного образа Г. Сузо, — попадающего в руки разбойников либо в гущу разъяренной, скорой на расправу толпы, тонущего в бурных водах Рейна, оклеветанного ближайшими духовными чадами и преследуемого феодалами, поклявшимися предать его смертельной расправе.Издание включает в себя все немецкоязычные сочинения Г. Сузо — как вошедшие, так и не вошедшие в подготовленный им авторский сборник — «Exemplar». К первой группе относятся автобиография «Vita», «Книжица Вечной Премудрости», написанная в традициях духовного диалога, «Книжица Истины» — сумма и апология экхартовского богословия, и «Книжица писем» — своего рода эпистолярный компендиум. Вторую группу составляют «Большая книга писем», адресованных разным лицам и впоследствии собранных духовной дочерью Г. Сузо доминиканкой Э. Штагель, четыре проповеди, авторство двух из которых считается окончательно не установленным, а также медитативный трактат Псевдо-Сузо «Книжица Любви». Единственное латинское произведение констанцского мистика, «Часослов Премудрости», представлено рядом параллельных мест (всего более 120) к «Книжице Вечной Премудрости» — краткой редакции этого часослова, включенной в «Exemplar». Перевод сопровожден развернутыми примечаниями и двумя статьями, посвященными как творчеству Г. Сузо в целом, так и его «Часослову Премудрости» в частности.

Генрих Сузо

Религия, религиозная литература