Читаем Суд Рейнмена полностью

Давненько я зачитываюсь вашей классной газеткой, а вот примазаться к читательской тусовке ре-шила впервые после письма некоего Рейнмена. Подобно ему, начну-ка я с одного маленького воспомина-ния. Итак, в одно из воскресений решила я развеяться на прогулке по Приморскому бульвару. Благопо-лучно миновав заслон из тёток под зонтиками, орущих в микрофоны об увлекательных морских прогу-лочках, как поскальзываюсь на полусгнившей банановой кожуре, а через пять шагов чуть не пропарываю ногу об осколки бутылки из-под «Украинской с перцем». Потом меня чуть не сметает с ног стая собак, озабоченных тем, как бы разделить одну невесту на пятнадцать женихов. Слава Богу, пробежали мимо.

Вид на море портят засаленные прикиды расположившихся ровными рядами рыбаков. Когда я про-хожу мимо, мне орут, чтобы я ушла, пока не распугала всю рыбу. Я-то ухожу. Но следом за мной на пло-щадку вываливается толпа туристов, наивно решивших, что на бульваре можно полюбоваться морем. Боже, какие проклятия обрушивают листригоны на головы бедных иностранцев, стараясь говорить по-громче, чтобы наверняка услышали воспитанники детского сада, вышедшие на экскурсию. Брр… По-спешно миновав рыбаков, я прохожу мимо бара, где трое синюшных индивидов затеяли очень бурное выяснение отношений на тему, кто больший отморозок. Тут же рядом подросток в чём-то вроде праде-душкиных кальсон, не найдя здания туалета в десяти шагах, справляет малую нужду на кипарис. Тьфу! Не успеваю отвернуться, как натыкаюсь взглядом на одного из рыбаков, который даже не счёл нужным забежать в кусты, чтобы совершить процесс обратной перистальтики. Возле кинотеатра на скамейке раз-валилась группа «продвинутой молодёжи» с плеером, ревущим на всю набережную песенку группы «Ле-нинград», ту самую, про день рождения. В двадцати метрах от городского пляжа, напротив библиотеки, мамаши устроили купание для своих детей, и четверо карапузов дошкольного возраста вовсю носятся по тротуару в чём мать родила, а мамаши на скамейке смачно сплёвывают шелуху от семечек вокруг себя. Короче, воскресная прогулка прошла так мило, что лучше бы и не вспоминать.

Рейнмен, душка! Твоё письмо нашло у меня живейший отклик, и я поспешила сразу засесть за от-вет. Действительно, как достало это чмо, которое уже выжимает нас из парков, с бульваров и с набереж-ной! Ведь Приморский бульвар всегда был местом прогулок, отдыха, любования природой, а сейчас этот уголок замусорен, загажен и оккупирован всякой шпаной. Почему мы должны нюхать их мочу и ходить по их блевотине и слушать их похабные вопли? Ребята, которые «молча осуждают» и сочувствуют им! Вы поймёте степень своего заблуждения, когда не сможете даже выйти из собственной квартиры среди бела дня без риска для жизни! Рейнмен прав, сравнивая таких «людей» с сорняками: если их не прорежи-вать, они задавят весь урожай. И, если мы не выполем сорняки в нашей жизни, они точно так же задавят и вытеснят нас, утопив в грязи и своём дерьме.

Ты прав, с ними надо бороться. Я не хочу наступать на осколки, поскальзываться на отходах пище-варения, зажимать нос, проходя мимо кустов и сторониться каждого, у кого рожа опухла и слюни висят. Не хочу, чтобы у моего ребёнка в школе здоровый болван забирал деньги себе на пиво, не хочу, чтобы ребёнок из-за таких «бригадиров» боялся в школу идти. Не хочу, чтобы над моей дочерью стебались в кустах или изувечили мою бабушку за пять гривен. Я с тобой, Рейнмен! И пусть изойдут на мыло в него-довании защитники бедных, несчастных и больных людей, но я думаю, что они поймут нашу правоту, когда от одного из подзащитных в собственном подъезде по башке получат и очухаются без штанов и кошелька. А попадись мне какой-нибудь школьный «бригадир», который угрозами и побоями «ставит на счётчик» малышей, чтобы нажраться пива после уроков, считая, что он совсем как Саша Белый из «Бри-гады», он бы потом вместо пива бульон через соломинку пил бы после выхода из комы. Кто-то скажет, что надо помогать, перевоспитывать… Что толку! Человеческий язык они не понимают, убеждение и ло-яльность считают лоховством. Когда начнёшь войну, Рейнмен, как минимум одна союзница у тебя будет!

Чёрная Молния.

П.С. Кто со мной не согласен, прошу, пишите! Интересно, чем вы сможете мне возразить! Но преж-де чем дискутировать со мной и катить телегу на Рейнмена, подумайте, а так ли мы с ним неправы, как может показаться на первый взгляд?»

– Сила, – одобрил Антон. – Тут Рейнмен расцветёт как маков цвет. Кстати, Ветка, тон твоего письма такой искренний, ты это знаешь?

– Знаю, – пожала плечами Иветта. – что скажете, Синдия Аркадьевна?

– Да, убедительное письмо. Можете его отправлять. А у вас, Антон?

Антон достал своё письмо и начал читать: