Читаем Суд Рейнмена полностью

– Сценарий я лично утверждаю! – Павел оживился, взяв мармеладную «дольку». – И по контракту, они обязаны оставить последнее слово за мной. Не хочу, чтобы из моих книг сделали не пойми что. И ещё кастинг я тоже контролирую и утверждаю лично. Михаила Соколова будет играть артист, похожий на моё видение героя, а не какой-нибудь стероидный красавчик со сладенькой мордочкой и пухлыми губками. Хватит того, что из «Идентификации Борна» хреновину сделали!

– Паша! – укоризненно покачала головой мать.

– А что, правда! – вступилась за брата Арина. – полный отстойник! От книги ни фига не осталось! Мэтт Дэймон вообще дебил, а не секретный агент! Ему только в комедиях играть, самых тупых, для даунов! И подружка его как девчонка из подворотни, ей бы еще пакет семечек и бутылку пива в руки! Книга классная, а фильм тупорылый! Муси-пуси, любовь-морковь, сю-сю-сю, чмок-чмок, бац, бац, всех злодеев раскидали и слились в поцелуе на фоне морского берега! Меня чуть не стошнило!

– Арина! Мы всё же едим! – привстала Ирина Андреевна.

– А кто будет играть Соколова? – спросила Синдия.

– Пока неясно, – пожал плечами Павел. – В кастинге участвуют 20 артистов.

– А выберут двадцать первого! – машинально закончила Синдия, вспомнив мамину шутку о кареглазой блондинке у Китай-города.

– А фиг его знает, – совсем по-мальчишески махнул рукой Павел. – Всё может быть, пока ещё ничего не ясно. И сценарий до сих пор не дописан.

– А как твоя новая книга?

– Отправил в издательство. Я, кстати, твоего кота в одну главу вставил!

– Интересно будет почитать, – улыбнулась Ирина Андреевна и обратилась к Синдии:

– Когда Павлик рассказывал, как ваш кот угонщика поймал, я так хохотала! Надеюсь, на бумаге он это изобразил так же забавно!

– Да, забавно, – Синдия размешала сахар в чае. – А тогда, правда, мне было не до смеха.

– Бумер не думал, что погорит из-за кота, – Старшая Львова встала, чтобы принести фрукты. – Столько лет работал, профессионал высшего уровня, даже машины с госномерами ухитрялся угонять из-под городской администрации, а тут кот! Вылез из корзины, увидел, как в машину хозяйки чужая рожа лезет и цапнул зубами за первое, что подвернулось!

– Хорошо, что рука подвернулась, а не что-то другое, – вмешался Павел, и Арина фыркнула от хохота прямо в свою чашку так, что половина чая расплескалась на ковёр. – Боевой котик!

– Джеймс, скорее флегматик, – ответила Синдия. – он с тех пор ведёт себя спокойно и мирно. Но в первый день он меня даже напугал.

– Он спас вашу машину, – ответила Арина.

– Интересно, кто были его прежние хозяева?

– Не знаю, я покупала его с рук, – Синдия вспомнила женщину, у которой купила кота. Продавщица была лет пятидесяти, с простым круглым добродушным лицом и светлыми кудряшками. Наверное, по выходным она печёт сладкие пирожки, украшает квартиру вязаными салфетками и водит внучат на карусели в воскресенье. Вряд ли она могла специально воспитать «сторожевого кота».

Вечер за разговорами прошёл незаметно. После ужина Арина осталась в гостиной, чтобы прибраться там после ужина, а Павел расставлял на места мебель.

– Павлик всю жизнь с кем-то в оппозиции, – сказала Ирина Андреевна, когда Синдия пришла на кухню помочь ей мыть посуду. – За справедливость готов насмерть драться, чуть что, уже в бой!

– Я заметила, – Синдия надела вторую пару кухонных перчаток и взялась за тарелки из-под пирожных. – Он не забывает обиды.

– Он весь в себе, скрывает переживания, но иногда они прорываются. Немудрено, после того, что ему пришлось пережить, как раз когда у него самый трудный возраст был. Как раз совпало с началом девяностых. Вы помните, что в стране творилось? Частная собственность, дикий капитал, рэкет, разборки авторитетов… И детей это не обошло. Многие подростки захотели быть похожими на «братков», кому-то захотелось лёгких денег на весёлую жизнь: клубы, дискотеки, девочки. Тогда это ещё было ново, а поэтому заманчиво…

Прополаскивая и протирая полотенцем вымытую посуду, Ирина Андреевна рассказала Синдии одну из тех семейных историй, которые доверяют только узкому кругу близких людей…

… Шёл 1992 год. На улицах Причерноморска нередко раздавались выстрелы и взрывы, на околицах происходили «стрелки» и «сходняки». Как грибы после дождя полезли легальные и не очень школы карате; рыночные предприниматели трепетали перед бритыми парнями, облагающими торговые точки данью, рэкетиры рангом покрупнее «бомбили» ларьки, на улицах появилось несметное множество красивых заморских машин, на которых разъезжали увешанные золотыми цепями бритоголовые парни с броскими красавицами, у которых избыток макияжа полностью компенсировал недостаток одежды.

Павлику Уланову едва исполнилось 14 лет. Это был тихий «домашний» мальчик, первый ученик в классе, который в свободное время не болтался с компанией по улицам и не пропадал в залах компьютерных игр, а увлечённо читал детективы, сочинял фантастические рассказы и жил, скорее в вымышленном мире, чем в реальности.