Читаем Суд Рейнмена полностью

– Ударил и вернулся продолжать разборку со своей девкой. Мама упала в обморок, Арина стала кричать, плакать, папа метался между ними и дядей, а этот выродок тем временем продолжает орать на свою лахудру. Я тогда уже имел Чёрный пояс и, в общем, когда прибыла милиция, им пришлось меня от него вшестером отрывать. Я убил бы его, если бы не они, и только потом понял, что не стоило самому нарываться на статью из-за такой грязи, – Павел с разворота так хлестнул ногой по «груше», что чуть не сорвал её с крепления. – Дядя умер в реанимобиле через полчаса после удара. Арине повезло, наутро она ничего не помнила о вчерашнем, врач сказал, её сознание, защищая рассудок, уничтожило воспоминания об этом ужасе. Мы решили и не напоминать ей. А я ничего не забыл! – Павел хлестнул «грушу» ногой. – И ненавижу всю эту мразь! И всегда буду ненавидеть!

– Это действительно был не человек, – тихо сказала Синдия, потрясённая рассказом Павла и представляя себе ужас, который пережили эти двое детей, ведь и Павел тогда был почти мальчишкой.

– Мама мне говорит: не замечай их, не связывайся, а они не понимают, что их не замечают, им кажется, их боятся. А я решил всегда показывать, что мне на них плевать, меня они не запугают, и не буду я в своей стране пятиться и втягивать голову в плечи перед каждым, у кого морда опухла и слюни висят. Пусть они меня боятся. А кто визуально не испугается, – Павел развернулся, подпрыгнул и в полёте врезал по «груше» сразу двумя ногами так, что на ней лопнуло сразу несколько швов.

– Поняла, что с ними будет, – Синдия отошла к беговой дорожке. – Я раньше не понимала твоей агрессивности, а теперь мне всё стало ясно. Ты прав, когда говоришь, что на таких субъектов убеждение не действует. Тот, кто убивает на глазах у ребёнка, разучился понимать человеческий язык.

Павел вздохнул, отошел от «груши», схватился за брусья, проделал на них серию сложных спортивных трюков и стал ходить по кругу спортивной ходьбой, восстанавливая дыхание и пульс и попутно делая упражнения для плеч, локтей, запястий и кистей рук, и вдруг на ходу обернулся:

– Знаешь, Синди… Однажды я даже подумал, что лучше бы я вслед за Аришкой всё забыл. А потом подумал: наоборот лучше, что я всё помню.

Павел постепенно сбавлял скорость ходьбы, наконец остановился, продолжая разрабатывать запястья, и сказал:

– Когда-то я с трудом выдерживал двухчасовую тренировку для новичков. А теперь шесть часов упражнялся, и не заметил, как время прошло!

– Шесть часов?! И ты каждый день так тренируешься?

– Шутишь? Столько времени у меня нет, – Павел схватил со «шведской стенки» полотенце, обтёр лицо, грудь, плечи. – Шесть дней в неделю я тренируюсь по три часа в день, а по субботам устраиваю себе супер-тренировку!

– Шесть часов в неделю – стандартная нагрузка для новичков, а у тебя 24 часа в неделю выходит!

– Я тоже начинал с шести часов, – Павел швырнул полотенце обратно. – Слушай, а почему бы нам не расслабиться в выходной день? Съездим на Изумрудный пляж? Там настоящий аквапарк, дайвинг, водяные горки, вышки для прыжков, кафе, спортивная площадка. Ты там бывала раньше?

– Время не выкраивалось. Предлагаешь поехать прямо сейчас? Но сейчас наиболее опасное солнце, – Синдия посмотрела на часы.

– Ерунда. Есть ведь кремы для загара и после загара, а про опасное солнце выдумали неженки, которым впору в лунную ночь под зонтиком загорать. Я вот всегда загораю когда хочу и, по словам моего врача, здоров, как сто быков!

– А я как-то до сих пор не подумала, что при своих средствах тоже могу себе позволить иметь личного врача, – задумчиво сказала Синдия.

– Просто мы с тобой ещё не совсем освоились в манерах поведения богатых людей. Ну так что? – озорно подмигнул ей Павел. – Едем на пляж?

– Едем! – азартно откликнулась Соболевская. – Чтобы ты не считал меня неженкой, загорающей под зонтиком при луне!

– Вот это разговор! – одобрил Павел и пошёл в душ.

У фигурных железных ворот Изумрудного пляжа как на сторожевом посту расположились две точки по продаже экскурсионных билетов. Ажиотажа вокруг них не наблюдалось, и продавщицы откровенно скучали. Когда Павел запарковал свой джип «Мерседес» в десяти метрах на платной стоянке и вышел заплатить за простой.

– Приглашаем всех желающих совершить увлекательную морскую прогулочку на комфортабельном катере! – встрепенулась одна из экскурсоводов, увидев Павла и Синдию. – Посещение пещер, гротов, купание в открытом море, на катере есть два свободных места, отправление через полчаса!

– Почему-то фраза «Купание в открытом море» вызывает у меня ассоциации со «Спасателями Малибу», где глупая миллионерша захотела искупаться с яхты голышом, яхту сорвало с якоря…

– … а расхлёбывал эту кашу Дэвид Хассельхофф! – заключила Синдия. – Смотрел?

– Да, классный фильм.

– Мне тоже нравилось.

– Кто желает совершить увлекательное морское путешествие на комфортабельной яхте с посещением пещер, гротов и купанием в открытом море по желанию! – оживилась вторая экскурсоводша, увидев, что потенциальные покупатели проходят мимо.