Читаем Суд неправых полностью

— Не берусь утверждать, что он является Великим магистром этой масонской ложи, — сказал Дронго, — но он работал на них все время. С самого начала.

— Это урок всем нам, — покачал головой основатель клуба. — Нужно было понимать, что такой системный кризис рано или поздно возникнет. Понимать и принимать упреждающие меры.

— Мы уже приняли меры, — напомнил бывший Государственный секретарь, — сегодня во всех газетах будут сообщения… — рука ее величества отключила звук.

Дронго и Вейдеманис долго сидели перед зеркальным экраном. Очевидно, трое оставшихся членов Совета совещались. Затем они услышали голос основателя клуба:

— Мы благодарим вас за хорошую работу, господин эксперт. Ваш гонорар будет удвоен.

— И еще, — добавил бывший Государственный секретарь, — полагаю, излишне говорить, что все произошедшее с вами и вашим другом останется в абсолютной тайне. Навсегда. Вы понимаете, что это явно не то расследование, которым вы можете гордиться. Его никогда не было и не могло быть.

Дронго согласно наклонил голову. Через несколько минут они уже шли по улице. Оба молчали. Впереди был газетный кисок. Напарники посмотрели друг на друга и шагнули к киоскеру, попросив дать сегодняшние газеты. Заголовки практически всех ведущих европейских газет вышли с одинаковыми разоблачительными материалами. Французский миллиардер Бернар Тапи, продавший компанию «Адидас» лионскому банку под гарантии правительства, заранее знал, что банк не сможет выплатить ему эти деньги. И тогда бывший министр экономики Франции госпожа Лагард посоветовала ему обратиться в арбитражный суд, который вынес решение о выплате всей суммы из государственного бюджета. Миллиардера обвиняли в мошенничестве, а нового директора МВФ — в пособничестве этому неслыханному хищению.

— Это уже не сексуальный скандал, — задумчиво произнес Дронго, — это удар посильнее. Они же говорили, что нанесут ответный удар. Вот он и состоялся.

— Вечная война, которая никогда не заканчивается, — согласился Вейдеманис, выбрасывая газету в мусорное ведро.