Читаем Стрелок полностью

Следующим утром Стрелок заглянул в тот дом, где едва не погиб, подобрать потерянный накануне рюкзак. В разбитые окна вваливался тяжелый серый дым, погребальные костры горели снова. Старый Рамштейн подбрасывал дрова, жмурясь от жара, мужчины помоложе, в том числе и сам президент, носили трупы и складывали в ряд, а потом вскидывали на груды углей. Вдоль ряда тел бродили несколько женщин и брали у мёртвых то, что ещё может пригодиться живым. Время от времени какая-нибудь из женщин останавливалась и закрывала лицо руками. Но Стрелок не думал, что они плачут, скорее всего, это дым резал им глаза. На лицах людей были повязки. Стоял неописуемый смрад. А в городе хозяйничали вороны. Город был отдан им на разграбление. Дышать было трудно, дышать было противно, но Стрелок и не думал надевать противогаз. Это казалось ему чем-то кощунственным, похожим не неуважение к умершим. Он уходил из города не попрощавшись и не оглядываясь.

Стрелок помнил о том броневике, БРДМ-5, что ему пришлось бросить у кромки леса между мёртвой деревней и хижиной Харона. Он не мог его просто так оставить, это было бы непростительным расточительством. Он решил вернуться и спрятать броневик получше, чтобы в случае чего иметь в резерве транспорт с запасом хода в восемь-девять тысяч километров. Пришлось делать изрядный крюк, но Стрелок был готов потерять полдня ради некоторых гарантий на будущее. К тому же он планировал посетить самого Харона и высказать ему все, что думает о дурацких шутках и слабоумных маразматиках вроде него. Хотя, по правде говоря, в сравнении с ложью Генерала, ложь Харона казалась детской шалостью. К деревне Стрелок не подъезжал, ограничился лишь осмотром в бинокль. Да, деревня была мертва. Всё находилось на своих местах, всё пребывало в полном покое, даже черепа продолжали скалить выбеленные солнцем зубы. Стрелок не сомневался, что и гильза с его автографом по-прежнему валяется в пыли под теми кольями. Когда-нибудь случайный бродяга подберёт её, и к рассказам о Стрелке добавиться ещё один. А если даже её никогда и не найдут, Стрелку и без того хватало "подвигов". БРДМ стояла там, где он её оставил, в редком леске у порога настоящего серьёзного леса. На броне появилось несколько опавших листьев и пятен засохшего птичьего помёта, а в остальном ничего не изменилось. Не теряя времени даром, Стрелок закрепил на носу своего БТР предусмотрительно прихваченный в "Тайге" бульдозерный нож и принялся рыть землю. Он планировал соорудить нечто среднее между землянкой и гаражом, чтобы укрыть там от посторонних глаз резервный броневик. И спустя час, яма размерами два с половиной на шесть метров и глубиной от уровня земли до двух метров была готова. Стрелок загнал в неё БРДМ-5, надёжно заглушил реактор и отключил всю аппаратуру. И тут пришлось признать ошибку. На то, чтобы укрыть яму стволами деревьев и выложить поверху дёрном пришлось бы потратить не один день, а Стрелок наивно полагал справиться за пять-шесть часов. Свалить дерево, очистить от сучьев, дотащить до ямы и закрепить - немалая работа, если учесть, что он один и у него нет ни бензно- ни электропил. Есть только топор и обычная двуручная пила. Двуручная. Это обстоятельство и навело Стрелка на мысль привлечь помощника, так сказать в добровольно-принудительном порядке. Харона, например. Во время их прошлой встречи старик имел неплохую физическую форму, по крайней мере, вёслами он работал весьма прилично.