Читаем Стрелок полностью

Стрелок не смог сдержать улыбку. Завоеватель... Как он ещё здесь оказался, к тому же в военной форме? Каждый встречный с радостью прикончил бы старого врага, да ещё бы и судьбу поблагодарил за возможность. Кстати, и Стрелок не был исключением. Но как только Стрелок увидел, кто преследует китайца, улыбка сползла с его лица. Грязные запыленные фигуры в серых лохмотьях и остатках обуви, со звериной ненавистью в глазах. Стая. Они бежали грамотно, экономя силы, только изредка напоминая о себе воплем и помахивая ржавыми кусками железа. В очередной раз Стрелок убеждался, что самые страшные мутации произошли в мозгах людей. Не меньше половины тех, кто выжил после Судного Дня, подвинулись рассудком. И большая их часть уже вымерла к этому времени. Но существовали и исключения. В основном стаи состояли из бывших горожан. Когда-то они чувствовали себя в бетонных джунглях, как у Христа за пазухой. Вот здесь у них была работа, здесь можно было добыть еду, одежду и множество совершенно бесполезных вещей, вот тут их лечили, там учили, а за этой покосившейся оградой - хоронили. Они как муравьи протаптывали себе дорожки от одного здания к другому, и очень редко их меняли. Они были уверены, что завтрашний день будет мало отличаться от дня сегодняшнего.

А потом ударная волна смела всю их уверенность, как прибой - песочный замок. И они оказались с новым миром один на один. С жестоким, безжалостным, честным миром, который нельзя было обмануть ни моралью, ни совестью, ни долгом, ни дружбой, ни любовью. Они знали только одно - им нужно было выжить. Любой ценой. И фальшивую улыбку бесполезного разума сменил звериный оскал инстинкта. Стрелок перевёл прицел обратно на китайца, как раз вовремя, чтобы заметить как заряд крупной дроби разламывает его череп и сносит всю голову выше нижней челюсти. Он пробежал ещё несколько шагов, плавно сворачивая в сторону куда улетели его мозги, как будто пытался их догнать, и рухнул в траву, так и не выпустив из рук винтовку.

Из нагромождения бетонных плит и битого кирпича выскочил ещё один всклокоченный индивид. Он потрясал старинным охотничьим ружьём и с детским восторгом орал: "Попал! Попал!". Подоспела "свора" и тоже принялась размахивать своим оружием, кричать и выть на все голоса. Охота удалась. Стрелок отметил, что эта стая охотилась вполне профессионально. Была намечена цель, выставлена засада. Жертву гнали по городу, отсекая пути отхода, выводя точно на стрелка. И вывели. И на стрелка, и на Стрелка. Последнее было их большой ошибкой. От тела "добычи" отделили автомат "Тип 97", ремень с флягой и ножом, подсумки. Двое взяли безголовый труп за руки и ноги, не торопясь, чтобы не уронить и не испортить одежду, понесли за вожаком. А тот бодро, чуть ли не в припрыжку, шагал по разбитому асфальту, нагрузившись добытым снаряжением. Стрелок едва удержался чтобы не спустить курок. Он не переносил таких вот людей, опустившихся до уровня стадных животных. Они не соответствовали его представлению о людях. К тому же он уже соскучился по жёсткому толчку отдачи и кипящему адреналину в крови. Наконец Стрелок оторвался от окуляра, не спеша сложил вещи, навьючил рюкзак, помочился в чёрную дыру мусоропровода, спустился во двор и пошёл по следу, вспоминая как он в первый раз нацарапал своё имя на автоматной гильзе.