Читаем Стрелец полностью

Дом новгородского купца Жилина не выделялся в общем ряду домов таких же именитых торговых людей. Был он не лучше и не хуже. Вполне приличный терем, без вычурностей каких. А незачем зависть людскую плодить. И потом, всяк знает, кто таков хозяин дома. Купец первой новгородской гильдии «Ивановское сто»[10] — это вам не баран чихнул. Выше только бояре да архиепископ. Пусть он и не входит в число самых богатых людей, но это вовсе не значит, что не имеет положения, веса и уважения.

Жилина не единожды выкликали в совет города. И кабы он сам того захотел, то вошел бы в число тех, кто правит славным Новгородом и землями, подвластными ему. Просто не было никакого желания взваливать на свои плечи подобную ношу. У него забот и без того хватало. Пусть хозяйство не самое большое, но тем не менее пригляда требует.

Словом, желай он власти, то непременно двигался бы в этом направлении. Но его устремления были совершенно иными. Войти в число богатейших людей города и стать именитым гражданином. Этого звания во всем Новгороде удостоены только восемь человек, среди которых шестеро — бояре и лишь два купца.

Впрочем, став именитым гражданином, он сразу же войдет и во власть. Не получится такому мужу оставаться в стороне от дел государственных. Но одно дело — обретаться на мелких должностях, двигаясь вверх понемногу. И совсем иное — взлететь туда единым махом. Разница ощутима.

— Дозволь, Игнат Пантелеевич? — заглянул в светлицу приказчик.

У купца начало сдавать зрение, вот и занял самое светлое помещение в доме. Оно, конечно, так себе мера. Но слабеть он стал только в этом году. Хотел было приобрести очки, но товар заморский, дорогой и на Руси редкий. А потому и в наличии не оказался. Заказал одному немецкому купцу. Тот обещался доставить на будущий год. Пока же вся надежда на свет.

— Чего тебе, Ермолай? — Делая приглашающий жест, поинтересовался купец.

— Грамотка с Москвы, Игнат Пантелеевич, от Лариона.

— Давай сюда.

Ларион ведал торговлей купца в Москве и занял место зарвавшегося Андрея, которого Жилин уличил в воровстве. Шум поднимать не стал. В это время в его поле зрения появился тот кузнец с булатом. Вот и решил поиметь с этого вора хоть какую-то пользу. Толку-то от того, что тот угодит к купцу в долговую кабалу? Ну не станет Игнат платить ему жалованье, и что? Тот успел убытку нанести изрядно. С него ведь не взыщешь, потому как проигрался в кости с заморскими гостями.

А так… Пустили под нож. И в кабалу могли заполучить очень даже знатного кузнеца, ведающего тайну булата. Клинки у него и впрямь выходили хорошие. Но не судьба. Ну да хотя бы убытки от Андреевых проказ покрыли с прибытком, и то хлеб. Правда, и Родиона в этом деле он потерял. И видит бог, спускать этого мальчишке он не собирается. Просто надо выждать малость. А там посчитается.

Так вот, делами на московском дворе Жилина теперь ведал Ларион. Молодой и оборотистый малый. Если не проворуется, то толк из него выйдет. Кроме розничной торговли в гостевой лавке купца приказчик должен был отслеживать все новости, спрос и предложение москвичей. А то как же. Купцу такое знать очень даже необходимо.

Так. Ну тут все ожидаемо. Ничего особенного вроде бы не приключилось, а потому список заказываемых товаров вполне традиционен. А это что? Жилин буквально прикипел к приписке в конце послания.

Нет, то, что московский царь раз за разом шлет народ для розыска злата и серебра, вовсе не новость. Каждый год экспедиции выдвигаются из Москвы по разным направлениям. Его внимание привлекло иное. Некий молодой стрелец Карпов из Дмитриевского полка якобы обязался разыскать злато в Уральских горах.

Нет, купец сразу же подумал не о мести. Хотя посчитаться за Родиона следует. Не так уж и глуп Жилин, чтобы не понять, что смерть его подручного была не чем иным, как предостережением. Но мщение может и обождать. А вот тот факт, что малец объявил о готовности сыскать золотые россыпи, Игната заинтересовал особо.

Парень непрост и полон загадок. Ну вот кто в здравом уме станет разбазаривать секрет дорогого товара направо и налево? Игнат едва зубы от злости не покрошил. Он-то на смертоубийство пошел, верного человека потерял. А в результате этот секрет сам упал ему в руки, и, считай, задарма.

Но Карпов этот был в своем уме. Вот только что они с отцом были единственными хранителями тайны и могли подвергнуться очередной каверзе. А тут вдруг стали никому не интересными. Да и цена на булат начала резко падать. При наличии предложения и выбора это просто неизбежно, даже если понадобится не один десяток лет, чтобы удовлетворить все потребности.

Не мог Игнат оставить без пригляда этого молодого да раннего. Потому и знал о его успехах. О заработавшей мастерской, приносящей большой доход. Вот так, на ровном месте. Жил-был себе кузнец в Стрелецкой слободе, ничем особым не выделявшийся. И вдруг булат, а потом чуть ли не тысяча пудов железа и, что самое удивительное — много отличной стали. С чего бы это?