Читаем Страсти Челси Кейн полностью

Оливер хмыкнул. Через открытое окно до них донесся треск мотоцикла Хантера. Посмотрев на Джадда, Оливер спросил:

– Как он?

Лицо Оливера редко выражало что-нибудь, кроме безразличия, раздражения или презрения, и Джадд не переставал удивляться, когда оно вдруг становилось беззащитным.

– Ну так что ты скажешь? – потребовал Оливер неожиданно злым голосом. – Ты ведь должен за ним присматривать. Ты – мои глаза и уши и должен знать, чем он занят.

– Мы мало общаемся.

– Неважно. Ты хорошо его знаешь. Почему он стал таким раздражительным?

Джадда совсем не устраивала роль доносчика. Хантер был далеко не подарком, от него можно было ожидать чего угодно, но временами он становился безразличным и замкнутым. В такие дни Джадд жалел его. Разумеется, Оливер хорошо платил Хантеру. Кроме особых случаев, Хантер служил затычкой во все бочки, и Джадд всегда говорил, что Хантер хорошо справлялся со своей работой. Он разбирался в технике, знал, как обращаться с динамитом, и мог работать с любым оборудованием не хуже Оливера. Но Джадд видел, что на душе у Хантера неспокойно. Особенно заметно это становилось, когда на него нападала депрессия.

Джадд продолжал почесывать голову Бака.

– Ему не нравится контракт.

– Почему?

– Он считает, что над ним появился еще один начальник. Ему хватает и ваших указаний, а теперь еще и она начнет командовать.

Оливер хмуро взглянул а окно, из которого слышался шум приближающегося мотоцикла Хантера.

– Она его раздражает, что ли?

– Его раздражают все женщины.

С женщинами Хантер был прямолинеен и беспощаден. Многие могли подтвердить это. Он не мог с ними долго общаться, ему было просто наплевать на их чувства.

– Никогда бы не подумал, – глухо проворчал Оливер.

– Он злится, – сказал Джадд.

Не надо было быть великим психологом: стоило лишь посмотреть на лицо Хантера, и все становилось ясно.

– Что ему злиться? Я подобрал его на улице, отдал в хорошие руки, устроил в школу, купил одежду и дал работу. Я постоянно вытаскиваю его из дерьма, в которое он попадает. У него нет причин быть недовольным.

Джадд пожал плечами. Он не был обязан анализировать поступки Хантера, тем более осуждать их. Никто не знал всей правды о его прошлом. Его незаконорожденность была лишь одной из сплетен. Ходили и другие слухи. Джадд не гонялся за ними, но в баре "У Крокера" у многих развязывались языки. Если бы хоть немногое из того, что услышал Джадд за все эти годы, оказалось правдой, то следовало признать, что у Хантера имелись причины для злости.

Рев мотоцикла раздался совсем рядом, затем внезапно смолк. В то же самое время к офису подъехал зеленый "ягуар".

Бак поднял голову.

– Она приехала на этой своей машине, – пожаловался Оливер, украдкой выглядывая в окно. – У нее что, совсем в голове пусто?!

Толкнув входную дверь, Хантер прошествовал через приемную и без единого слова вошел в кабинет Оливера. Небрежно окинув взглядом помещение, он уселся в кресло перед окном спиной к присутствующим.

Появление Челси было гораздо более спокойным. Она остановилась, чтобы поговорить с Ферн, которая работала секретарем у Оливера вот уже тридцать лет и нервничала из-за появления Челси не меньше Хантера. Толку от Ферн становилось с каждым годом все меньше и меньше, но она с успехом компенсировала этот недостаток все возрастающей преданностью интересам компании. Джадд уверил ее, что потеря рабочего места ей не грозит, и надеялся, что Челси сделает то же самое.

По крайней мере, бывшая жена Джадда, обладавшая способностями незаурядного политика, поступила бы именно гак. Она ласково щебетала со всеми, кто мог ей пригодиться, причем интонации ее голоса изменялись соответственно поставленным целям.

Потом Челси вошла в кабинет, и Джадд, как и три месяца назад, почувствовал странный толчок в груди. Он не мог понять, что так привлекало его в ней – то ли зеленые глаза, которые он видел как в тумане, то ли чувственные губы, то ли стройные ноги или каштановые волосы, обрамляющие ее лицо.

Бак поднялся и подбежал к Челси, как к своей старой знакомой.

– Вы знаете, что люди думают, когда видят, как по нашему городу разъезжает такая вот машина? – с ходу начал Оливер. – Они думают, что в ней сидит высокомерный сноб, который всем хочет показать, как много у него денег! Вы этого добиваетесь?!

Губы, которые так нравились Джадду, дрогнули, но внешне Челси осталась спокойной. Джанин сейчас взорвалась бы от негодования, и Джадд знал бы, как ему нужно себя вести. Но Челси, казалось, застыла в нерешительности, как будто она ожидала вежливого, даже дружеского приветствия, а нарвалась на грубость. Джадду вдруг стало неудобно, словно нахамил ей он сам.

Челси нахмурилась и сказала, продолжая рассеянно гладить Бака по голове:

– Я совсем не хотела этого.

– Зачем тогда вам нужна такая машина?

– У меня нет другой.

– Ну так купите себе еще одну. Эта не годится.

– Какая же годится?

– Грузовик.

Джадд представил себе ее за рулем грузовика.

– Я что-то не могу представить себя в грузовике – сказала Челси.

– Тогда джип, – сказал Оливер и нервно махнул рукой. Понаблюдайте, на чем ездят люди, и сами все поймете.