Читаем Страсти Челси Кейн полностью

Челси стояла в сквере, подставив лицо ласковому солнечному свету. Балтимор был где-то далеко, и она не хотела вспоминать о нем. Всю жизнь она стремилась окружить себя близкими людьми и друзьями. Теперь Эбби не было в живых, Кевин уехал читать лекции, а Карл собирался жениться на Хейли. Все ее друзья внезапно исчезли, и она не могла понять, как и когда это случилось. Со многими она еще поддерживала отношения, но даже самые близкие друзья незаметно отдалились от нее, поглощенные своей собственной жизнью. Только сейчас, впервые за последние месяцы, Челси неожиданно осознала это.

Она глубоко вздохнула, прогоняя грустные мысли. В воздухе чувствовалась свежесть и благоухание растущей зелени. Все вокруг устилала густая трава, а белые цветки горного лавра распространяли приятный аромат. Вдоль тесных улиц росли дубы и клены, под раскидистыми кронами которых прятались аккуратные дома. На газонах были разбиты клумбы лилий, полыхавших оранжевыми кострами среди бескрайнего зеленого моря.

В Норвич Нотч приходило лето. Совсем уже теплый воздух, напоенный последними ароматами весны, неподвижно стоял над городом. Ничто не нарушало покоя. Птичий щебет сливался с жужжанием пчел и плеском тонкой струйки воды, ниспадавшей по ступенькам крохотного фонтана посреди сквера. Откуда-то издалека доносились счастливые детские голоса. Нигде не слышалось ни одного механического звука – шума работающего кондиционера, газонокосилки или проезжающего автомобиля. Челси знала, что такой покой не может продолжаться вечно, но сейчас она наслаждалась природой во всей ее первозданной чистоте. Все вокруг было просто, спокойно и безмятежно.

Именно в таком спокойствии она нуждалась. Она догадывалась об этом, когда днем раньше спешно упаковывала свои вещи, собираясь уехать из Балтимора. Прошедший год приносил ей одно несчастье за другим. Ей нужна была тихая гавань в бушующем океане жизни. Судьба привела ее сюда.

Она снова глубоко вздохнула и обернулась, чтобы посмотреть еще раз на открывавшуюся ей центральную часть города. У основания треугольного сквера позади нее стояли три больших старых дома, обнесенные невысокими изгородями. Справа и слева по направлению к вершине сквера располагались здания, которые она видела раньше. Освещенные солнцем, они выглядели так, как она представляла себе их в марте. Маленькое желтое здание библиотеки в викторианском стиле очаровывало. Вид булочной, в витринах которой были выставлены пирожные, торты и свежевыпеченный хлеб, вызывал аппетит. В здании почты ощущалось достоинство, а в здании банка – аристократичность, а при взгляде на универсальный магазин появлялась мысль об изобилии. И конечно, самое лучшее место в городе было отведено церкви. Глаза Челси периодически останавливались на ее деревянных стенах, выкрашенных в белый цвет, но казавшихся голубоватыми из-за тени, которую отбрасывали на них растущие рядом сосны. За церковью, на холме, огороженное заборчиком, располагалось городское кладбище с рядами высоких надгробий. Кто-то из ее родственников похоронен под одним из этих камней, подумала Челси, а кто-то, может быть, еще живет в Норвич Нотче.

Знали ли они, как сложилась ее судьба? Чья-то собака появилась около здания суда и, увидев Челси, понеслась к ней через весь сквер. Это была прекрасная охотничья собака, такая же ухоженная, как и весь город. Она обнюхала протянутую руку Челси, радостно виляя хвостом.

– Ты моя хорошая, – ласково сказала Челси, потрепав собаку по голове. Пес улыбнулся Челси, высунув огромный розовый язык. Дружелюбное животное, подумала Челси, Сидра увидела бы в этом знак.

Заводить себе новых друзей в Норвич Нотче не входило в планы Челси, но после всех событий в Балтиморе, после обрушившихся на нее одиночества и безысходности она очень нуждалась в преданном друге.

С этой мыслью Челси направилась к универсальному магазину.

Входя в магазин, Челси услышала, как мелодично прозвенел колокольчик. Дверь, в которую к этому времени успели вставить зеркало, мягко захлопнулась за ее спиной. Посмотрев вокруг, Челси заметила, что лето пришло и сюда. В магазине стало светлее и просторнее. Вместо баночек с кленовым сиропом на знакомой полке расположились корзинки для пикника; объявления над газетным стендом приглашали на благотворительный ужин в честь Дня Независимости четвертого июля и на матч по софтболу местной лиги в поддержку Исторического общества Норвич Нотча.

В магазине, как и ожидала Челси, никого не было. Еще подъезжая к скверу, она увидела, как Мэтью Фарр садился в поджидавший его фургончик. Челси могла обойтись и без Мэтью, но вот кого ей действительно хотелось увидеть, так это Донну.

Она заметила легкое движение за кассовым аппаратом. Улыбаясь, Челси подошла к прилавку. Донна выглядела точно так же, как и в марте, только ее блузка, заправленная в юбку, была теперь с коротким рукавом и количество завитков, выбившихся из пучка волос, значительно увеличилось. Хмуря брови, Донна смотрела на экран компьютера, не замечая ничего вокруг.