Читаем Страсть с повинной полностью

Проникаясь памятью веков, стояла она на стене, сооруженной тысячи лет назад людьми, которые пришли вместе с римскими легионерами, и столетиями возвышавшейся стражем этих диких просторов. Здесь она смогла наконец бесстрастно проанализировать последние месяцы своей жизни. Она пережила несчастную любовь. Ну и что? Среди бескрайней вечной красоты Нортумбрии ей легче было понять, что жизнь слишком коротка, чтобы заниматься угрызениями по поводу прошлых ошибок. Пребывание человека на земле так быстротечно сравнительно с вечностью Вселенной, что она лишь усугубит свои ошибки, если позволит нескольким неделям, проведенным с Бенедиктом, бросить тень на всю ее жизнь.

К тому времени, когда она возвратилась в Оксфорд, к ней в какой-то степени вернулся душевный покой и вера в свои силы. Горечь, которую она по-прежнему ощущала, думая о Бенедикте, вероятно, останется с ней навсегда. Но она была по-своему счастлива. У нее были верные друзья и интересная работа в будущем, а может быть, со временем она встретит настоящего друга...

Вот знакомая дверь, выкрашенная красной краской. Ребекка уже собиралась постучать, но не успела - дверь распахнулась, и она оказалась в дружеских объятиях.

- Ребекка! Как я рада тебя видеть! - воскликнула Мэри и повела ее за руку в гостиную. - Но у меня не очень хорошие новости.

- Джонатан? Он здоров?

- Да, с ним все в порядке, он у нас толстеет. - Мэри взглянула с тревогой на юную подругу. - Но этот простофиля, мой муж, свалял такого дурака, что я готова его задушить.

- Руперт? - спросила Ребекка, опускаясь на потертый диван. Она знала, что Руперт слегка не от мира, сего, но не могла поверить, что он сознательно способен подставить своих домашних. - Что он натворил?

- Вчера позвонил Бенедикт Максвелл... Ребекка сглотнула, стараясь подавить моментальную реакцию на это имя, и с наигранной легкостью произнесла:

- Ну и что?

- Он позвонил, чтобы подтвердить, что он будет крестным отцом Джонатана и приедет завтра на крестины. И этот идиот, Руперт, ответил:

"Прекрасно". И поставил меня в известность всего час тому назад. Прости, дорогая. Я пыталась связаться с Бенедиктом, но пока безуспешно.

- И это все? - Ребекка весело рассмеялась, желая успокоить подругу. Но в душе ее поднялась буря. Она не предполагала, что ей предстоит вновь встретиться с Бенедиктом, и уж во всяком случае - не завтра. Каков наглец! Мэри просила их крестить малыша, но тогда они считались женихом и невестой. В любом случае он мог найти причину и вежливо отказаться. Но нет, ему вздумалось поиздеваться над ней.

- Ребекка, я помню, ты мне сказала, что вы оба решили расстаться, но, дорогая, я знаю тебя уже четыре года и понимаю, что тебе далось это нелегко. Если только я смогу что-нибудь сделать, чтоб Бенедикт не приезжал, я это сделаю.

- Не беспокойся, Мэри, ничего страшного, честно. - Но голос ее прозвучал неубедительно. Возвращение в этот дом вновь вернуло все то, от чего она бежала.

Мэри подошла к ней и села рядом. Ребекка не стала протестовать, когда Мэри взяла ее за руки.

- Иногда, моя милая, нужно выговориться. То ли участие и мягкий голос Мэри, то ли долгое вынужденное молчание сыграли свою роль, но в последующие пятнадцать минут она рассказала все, что случилось у нее с Бенедиктом, а также историю с Гордоном.

- Бедное дитя, - простонала Мэри, обнимая ее за плечи.

На мгновение, поддавшись сочувствию старшей подруги, Ребекка позволила себе расслабиться, затем со вздохом распрямила плечи и сказала:

- Я уже оправилась, Мэри. Каникулы помогли мне разобраться во всем. И насчет завтрашнего дня не беспокойся. На крестинах я буду в форме.

- Конечно, не стоит о нем переживать... Но трудно поверить, что Бен оказался таким дерьмом, хотя в некотором роде я и не удивлена. По правде говоря, я ведь знала его только по колледжу, еще юнцом, тогда он был очень сдержанным. А теперь, через четырнадцать лет, какая-то жесткость в нем и мне бросилась в глаза. Хотя что можно ожидать от человека, прошедшего через такой ад, на долгие годы отрезанного от цивилизации? Но сознательно тебя мучить... Нет слов.

- Я думаю то же самое, Мэри. А теперь было бы неплохо поспать. Завтра нам придется нелегко.

И вот наступил еще один прекрасный летний день; солнце беспечно сияло на голубом небе. Ребекка все утро помогала на кухне, бегала туда-сюда, носилась на задний дворик, где устраивали буфет, прилаживала столики на козлах, бралась за все, лишь бы чем-нибудь себя занять и не думать о предстоящей встрече с Бенедиктом.

Наконец Мэри позвала ее наверх, собираться в церковь:

- Остался всего час. Будь готова.

Наблюдая из окна спальни за подъезжавшими машинами, Ребекка мысленно поблагодарила Господа: родители Руперта и Мэри прибыли первыми. По крайней мере, когда Бенедикт появится, ей не придется занимать его разговорами, пока Мэри будет одевать малыша для короткого путешествия в церковь.