Читаем Странники терпенья полностью

Чарли нехотя встал, подошёл. Терпеливо перенёс очередные неуместные ласки дебила. Даже дружелюбно помахал хвостом несколько раз, чтобы окончательно усыпить бдительность гостьи.

На этом утренний ритуал был закончен. Чарли вернулся на своё место, а Марина выдернула из розетки шнур, через который подзаряжался её айфон. Она надеялась, что, подзарядившись, телефон опять заработает. Но надеждам этим не суждено было сбыться. Похоже, что телефон умер навсегда. Во всяком случае, никаких признаков жизни он не подавал, сколько она ни старалась. Мало того, когда она его трясла, из него вдруг выкатилась маленькая капля и упала ей на голую коленку.

Конец!

Дальше мучить умерший телефон было совершенно бессмысленно. Она вздохнула, развела руками, спрятала бесполезный аппарат в сумку и отправилась в ванную.

2

Приняв горячий душ, Марина закуталась в большое махровое полотенце, подошла поближе к зеркалу, затуманившемуся от пара.

Протянула было руку, чтобы протереть зеркальную гладь, но передумала. Глаза озорно блеснули, и пальчиком она вывела:

«ДОРОГОЙ АНДРЕЙ! ОГРОМНОЕ ТЕБЕ СПАСИБО ЗА ВСЁ!»

Буквы получились немножко корявые, но в целом она осталась довольна.

Подумав, приписала ещё:

«ЦЕЛУЮ».

Ниже подписалась – поставила букву «М» с жирной точкой. И ещё нарисовала смайлик.

Теперь можно было идти одеваться.

3

Чарли подозрительно наблюдал, как дебил одевается, красится, готовится к чему-то. С одной стороны он был рад, что гостья вроде бы собирается наконец-то покинуть их дом, но с другой – что-то ему не нравилось во всём этом. Как-то уж слишком энергично вела себя эта странная женщина, совсем не так, как накануне.

В доме зазвонил телефон. Чарли уже знал, что она никак не отреагирует на этот важный звук. Так и получилось. Ноль внимания.

Он тяжело вздохнул и положил голову на лапу, чтобы было удобнее наблюдать.

4

Марина, разумеется, ничего не услышала. Она взяла сумку и вышла из комнаты. Андрея, как и вчера, нигде не было.

В студии висели новые фотографии – она, нагая, в покрытой пузырями воде, в мерцающих свечных огоньках. Она рассмотрела их, покачала головой.

Так и знала!

Он всё-таки обманул её.

Обманщик!

Но сердиться не получалось – фотографии были великолепны. Особенно ей понравилась одна – там, где на первом плане огонёк свечи, а её тело только угадывалось в глубине кадра.

5

Марина спустилась вниз, в кабинете Андрея написала ему записку, попрощалась, поблагодарила. Ждать его возвращения она не хотела. И так уже её пребывание в этом доме затянулось. Дождаться его – означало застрять тут, по крайней мере, ещё на полдня. Без завтрака он же её не отпустит. Так что даже хорошо, что его нет. А до гостиницы она прекрасно доберётся сама. В конце концов, она взрослая девочка. Ну и к тому же, когда он вернётся и не застанет её, он конечно же захочет её опять увидеть. Тем более, что он обещал ей новый телефон.

Марина улыбнулась. План был отличный. Она взяла несколько листочков бумаги, положила в сумку.

Пригодятся!

Один из них пригодился сразу. Она написала на нём адрес отеля, чтобы показать таксисту.

Потом зашла на кухню, положила записку для Андрея на видное место. Поцеловала в голову неотлучно следовавшего за ней Чарли и вышла из дома.

6

Чарли теперь окончательно понял намерения гостьи. Она собралась уходить. Это хорошо. Но хорошо ли, что она уходит в отсутствие Хозяина? Получалось, нет. Тем более что Хозяин перед уходом велел ему следить за ней, охранять. Получится, что он не выполнил поручение, не оправдал доверия. А это уже никуда не годится. Двумя прыжками Чарли обогнал Марину и встал между нею и входной дверью, расположенной рядом с воротами. Всем своим видом показывал, что здесь хода нет.

Марина остановилась, удивлённо посмотрела на перегородившего ей дорогу пса. Это было неожиданное препятствие.

Что же делать?

Впрочем, долго раздумывать над этим вопросом ей не пришлось. Чарли неожиданно резко развернулся и бросился к воротам, пританцовывая на месте от нетерпения. Спустя несколько секунд они медленно распахнулись, и во двор въехал Андрей. Он вышел из машины, приласкал прыгавшую собаку:

– Успокойся, мальчик! Всё в порядке, я дома.

Потом открыл багажник, вытащил два пластиковых, плотно набитых продуктами мешка с надписью «Азбука вкуса». Понёс их к дому и только тут заметил стоявшую в сторонке Марину. Она смущённо улыбнулась. Весь её план рухнул.

– Привет! – сказал Андрей. – Ты куда это собралась?

Она наморщила лоб, прикусила губу, но он не стал дожидаться окончания этих манипуляций. Коротко сказал:

– Пойдём!

И мотнув головой в сторону дома, зашагал туда.

Марина поплелась за ним.

7

На кухне, как только он положил мешки с продуктами на стулья, она тут же сунула ему в руку лежавшую на столе записку.

Там было сказано:

«ДОРОГОЙ АНДРЕЙ! Я ОЧЕНЬ БЛАГОДАРНА ТЕБЕ ЗА ВСЁ. Я ПРОВЕЛА ЗАМЕЧАТЕЛЬНЫЕ ДВОЕ СУТОК В ТВОЁМ ПРЕКРАСНОМ ДОМЕ. НО СЕЙЧАС Я ДОЛЖНА ИДТИ. НЕ ВОЛНУЙСЯ, Я ПОЙМАЮ ТАКСИ. НАПИШИ МНЕ НА МОЮ ЭЛЕКТРОННУЮ ПОЧТУ, КОГДА ВЕРНЁШЬСЯ: MARINA93@MAIL.RU. БУДУ ЖДАТЬ. ЦЕЛУЮ. МАРИНА»

Андрей озадаченно взглянул на неё:

Перейти на страницу:

Похожие книги

Чудодей
Чудодей

В романе в хронологической последовательности изложена непростая история жизни, история становления характера и идейно-политического мировоззрения главного героя Станислауса Бюднера, образ которого имеет выразительное автобиографическое звучание.В первом томе, события которого разворачиваются в период с 1909 по 1943 г., автор знакомит читателя с главным героем, сыном безземельного крестьянина Станислаусом Бюднером, которого земляки за его удивительный дар наблюдательности называли чудодеем. Биография Станислауса типична для обычного немца тех лет. В поисках смысла жизни он сменяет много профессий, принимает участие в войне, но социальные и политические лозунги фашистской Германии приводят его к разочарованию в ценностях, которые ему пытается навязать государство. В 1943 г. он дезертирует из фашистской армии и скрывается в одном из греческих монастырей.Во втором томе романа жизни героя прослеживается с 1946 по 1949 г., когда Станислаус старается найти свое место в мире тех социальных, экономических и политических изменений, которые переживала Германия в первые послевоенные годы. Постепенно герой склоняется к ценностям социалистической идеологии, сближается с рабочим классом, параллельно подвергает испытанию свои силы в литературе.В третьем томе, события которого охватывают первую половину 50-х годов, Станислаус обрисован как зрелый писатель, обогащенный непростым опытом жизни и признанный у себя на родине.Приведенный здесь перевод первого тома публиковался по частям в сборниках Е. Вильмонт из серии «Былое и дуры».

Эрвин Штриттматтер , Екатерина Николаевна Вильмонт

Проза / Классическая проза