Читаем Странник (СИ) полностью

   Тебе сняться приключенья, бой быков и шум корриды, бесконечность океана, острова в заморских странах, заново переживаешь все прочитанные книги, видя в них себя героем. Сердцем жаждешь перемены, наяву же, пустошь жизни, обязательства, работа. Поезд движется на запад, в суету людей и улиц. Дом работа, дом работа, день за днём, недели в годы превращаются незримо, жизнь проходит незаметно, оставляя за собою лишь печаль и грусть о прошлом, что ушло и не вернется, и надежду в перемены, но и их проносит мимо. Жизнь как сон проходит где-то, утекая между пальцев, что песок морского пляжа, разогретый южным солнцем. Незаметно пролетает час, отпущенный на дрёму. Суета в вагоне, поезд, приближается к вокзалу. Вместе с шумною толпою, ты уносишься на выход, взмах рукой, " Такси! В Отрожку!", снова едешь, погрузившись в свои думы и тревоги, и тихонько засыпаешь...

   * * *

   ...На мгновение прихожу в себя. Встревоженный голос:

   - Ант, что с нашим сыном?!

   - Он упал с цикорита, видимо задел слизня, и неудачно приложился головой.

   - О боги, скорее неси его в дом и вызывай врача!

   - Да, Хана ...

   ...Мне снится странный сон; Я, подросток, иду сквозь невиданный лес, с незнакомыми растениями. Светит солнце, и оно будто улыбается мне и говорит, что-то приятное. Рядом со мной мужчина, почему-то я воспринимаю его, как своего отца, хотя он совершенно не похож на него. Он показывает мне на деревья, больше похожие на стебли цветов, срывает какие то плоды и очистив от кожуры подает мне. Я вгрызаюсь в сладко-кисловатый плод, сок брызжет во все стороны и течет по лицу. Отец довольно улыбается и рассказывает мне что-то, слов почему-то не слышно. Он обнимает меня за плечи и мы подходим к странному экипажу, похожему одновременно и на паровоз и на древний автомобиль, на широченных серовато-зеленых колесах. Отец берет кочергу, приоткрывает топку и, поправив что-то, кидает туда пару поленьев, после садится за руль. Пыхнув паром, это чудо почти не слышно, трогается с места. Впрочем, я не воспринимаю ее за чудо, и пристаю к отцу, чтобы он пустил меня за руль, вначале тот противится, но после уступает, и я гордый оказанным доверием трогаюсь с места и осторожно еду по проселочной дороге. Сидящий рядом мужчина, которого я воспринимаю как своего отца, иногда, что-то подсказывает мне, поправляет, но по его виду можно сказать, что он страшно доволен, несмотря на его, казалось бы, строгое лицо. Мы въезжаем во двор усадьбы. Мужчина нажимает какую-то кнопку и раздается протяжный гудок. На крыльцо большого, добротного дома выходит красивая женщина, почему то мне кажется, что это моя родная мать. Мы подъезжаем к крыльцу и останавливаемся, отец подсказывает, как нужно правильно остановить машину и выходит из нее. Подходит к матери, нежно обнимает ее и что-то говорит ей, гордо показывая на меня...

   Вновь голоса:

   - Ант, он не приходит в себя!

   - Успокойся, Хана, Шер ведь сказал, что это просто сильный ушиб, и наш мальчик сейчас спит. Тем более он, дал выпить ему настой трилистника.

   - Ант, но ведь прошло уже столько времени! Я, очень волнуюсь за нашего маленького Рона!

   - Всё, будет в порядке, я уверен!

   ...Я поднимаюсь на восходящих потоках прогретого воздуха и словно птица парю над землею. Подомною широкая, чистая река. Даже с высоты полета отчетливо просматривается дно с золотистым песком и разноцветными камнями кое-где. По правому берегу виден довольно большой поселок, утопающий в зелени садов, это Инурия.