Читаем Страна тысячи городов полностью

На цитадели было найдено и оружие ее древнего гарнизона. Помимо разнообразных бронзовых наконечников стрел, это были биконические ядра для пращи, сделанные из обожженной глины или из гладко отшлифованных камней. И те и другие делались весьма увесистыми; будучи пущенными умелой рукой, они могли нанести тяжелую рану штурмующему врагу. Именно так — камнем, пущенным из пращи, — был тяжело ранен в голову и в шею Александр Македонский при штурме в 329 году до н. э. одного из среднеазиатских городков, расположенных около Сыр-Дарьи. В одном из помещений оказались сложенные кучей овальные ядра более крупных размеров, правда сделанные уже из необожженной глины. Возможно, их метание производилось с помощью какого-либо механизма. Однако самих крепостных стен на цитадели обнаружить не удалось: они были полностью уничтожены природой за прошедшие столетия. Повсюду, где производились раскопки, край холма цитадели образовывала лишь ее платформа. Правда, остатки обводной стены были открыты в нижних слоях на примыкающем к цитадели селении. Но мы уже знаем по памятникам бронзового века, как плохо сохраняются на краю размываемых холмов древние стены, бывшие некогда надежной защитой укрывавшихся за ними людей.

Проведенные разведки показали, что Яз-депе далеко не одиноко в пустынной степи, простирающейся за пределами стены Антиоха. Само оно было центром целой группы поселений, а далее к востоку располагался другой оазис, столицей которого также было крупное поселение с цитаделью, хотя и менее значительной, чем яз-депинская.

Сомнений быть не могло — наконец удалось открыть памятники IX–VII веков до н. э., и это оказались укрепленные поселения с цитаделями. Видимо, в ктесиевой легенде все-таки имелось какое-то зерно истины, что вскоре нашло новое подтверждение. На землях Парфии, западной соседки Маргианы, были произведены раскопки на поселении, не уступающем по своим размерам Яз-депе и подобно этому последнему являющемся остатками древнего местного центра. Елькен-депе — таково было наименование этих руин — расположено неподалеку от Намазга-депе. Однако в отличие от этого поселения эпохи бронзы на Елькен-депе имелась мощная цитадель, где в качестве платформы был использован оплывший холм более древнего поселка. Еще ранее стали известны центральные укрепления на памятниках, расположенных в степях Юго-Западной Туркмении и также относящихся к первой трети I тысячелетия до н. э. Но раскопки на них в отличие от Яз-депе и Елькен-депе не проведены и до сих пор.

Правда, все это были лишь подступы к собственно Бактрии, а сама бактрийская территория, казалось бы, не имела совершенно никаких памятников ранее VI–IV веков до н. э. Здесь города и поселения в течение многих тысячелетий существовали на одном месте, и поэтому нелегко было изучать самые нижние, а следовательно, и самые древние слои. В Южной Бактрии, входящей в настоящее время в состав Афганистана, работали по преимуществу французские археологи, предпочитавшие, как правило, исследовать лишь памятники, на которых попадались внешне броские и эффектные произведения искусства. В 1947 году на развалинах Бактр, древней столицы Бактрии, ими заложена серия узких шурфов, в которых были найдены лишь обломки глиняной посуды. В расположении этих находок по слоям авторы раскопок не удосужились как следует разобраться. Опираясь на классификационные схемы советских археологов, можно было сказать, что здесь имеется материал VI–IV веков до н. э Но более древние периоды истории Бактрии все еще оставались загадкой.

Новый шаг удалось сделать лишь в 1962–1964 годах, когда одним из ташкентских археологов неподалеку от Термеза был открыт и раскопан холм Кучук-депе. Оказалось, что он содержит остатки именно той древнебактрийской культуры X–VII веков до н. э… которую так давно и так упорно ищут археологи. Во многом эта культура напоминала маргианское Яз-депе. Сходство прослеживалось и в глиняной посуде, и в бронзовых ножах, и стрелах. В одном отношении, правда, Кучук-депе превосходило своего маргианского собрата: здесь сохранилась обводная стена. Отдельно стоящий дом, остатками которого является Кучук-депе, располагался на четырехметровом цоколе. По краю овального в плане дома, состоявшего из нескольких помещений, шла стена почти шестиметровой высоты. Основательно был укреплен, этот домик, затерянный среди степей аму-дарьинского правобережья. Поэтому нетрудно представить, насколько солидной должна быть фортификация бактрийских городов того же времени. И недаром. Это было время беспрестанных столкновений отдельных князьков, время набегов кочевников, разорявших оазисы, угонявших скот. Не случайно как хорошо вооруженный воин описывается в Авесте, собрании религиозных текстов, в первой половине I тысячелетия до н. э., Митра — одно из наиболее популярных зороастрийских божеств:

Перейти на страницу:

Все книги серии По следам исчезнувших культур Востока

Похожие книги

Чингисхан
Чингисхан

Роман В. Яна «Чингисхан» — это эпическое повествование о судьбе величайшего полководца в истории человечества, легендарного объединителя монголо-татарских племен и покорителя множества стран. Его называли повелителем страха… Не было силы, которая могла бы его остановить… Начался XIII век и кровавое солнце поднялось над землей. Орды монгольских племен двинулись на запад. Не было силы способной противостоять мощи этой армии во главе с Чингисханом. Он не щадил ни себя ни других. В письме, которое он послал в Самарканд, было всего шесть слов. Но ужас сковал защитников города, и они распахнули ворота перед завоевателем. Когда же пали могущественные государства Азии страшная угроза нависла над Русью...

Елена Семеновна Василевич , Валентина Марковна Скляренко , Джон Мэн , Василий Григорьевич Ян , Роман Горбунов , Василий Ян

Детская литература / История / Проза / Историческая проза / Советская классическая проза / Управление, подбор персонала / Финансы и бизнес
Идея истории
Идея истории

Как продукты воображения, работы историка и романиста нисколько не отличаются. В чём они различаются, так это в том, что картина, созданная историком, имеет в виду быть истинной.(Р. Дж. Коллингвуд)Существующая ныне история зародилась почти четыре тысячи лет назад в Западной Азии и Европе. Как это произошло? Каковы стадии формирования того, что мы называем историей? В чем суть исторического познания, чему оно служит? На эти и другие вопросы предлагает свои ответы крупнейший британский философ, историк и археолог Робин Джордж Коллингвуд (1889—1943) в знаменитом исследовании «Идея истории» (The Idea of History).Коллингвуд обосновывает свою философскую позицию тем, что, в отличие от естествознания, описывающего в форме законов природы внешнюю сторону событий, историк всегда имеет дело с человеческим действием, для адекватного понимания которого необходимо понять мысль исторического деятеля, совершившего данное действие. «Исторический процесс сам по себе есть процесс мысли, и он существует лишь в той мере, в какой сознание, участвующее в нём, осознаёт себя его частью». Содержание I—IV-й частей работы посвящено историографии философского осмысления истории. Причём, помимо классических трудов историков и философов прошлого, автор подробно разбирает в IV-й части взгляды на философию истории современных ему мыслителей Англии, Германии, Франции и Италии. В V-й части — «Эпилегомены» — он предлагает собственное исследование проблем исторической науки (роли воображения и доказательства, предмета истории, истории и свободы, применимости понятия прогресса к истории).Согласно концепции Коллингвуда, опиравшегося на идеи Гегеля, истина не открывается сразу и целиком, а вырабатывается постепенно, созревает во времени и развивается, так что противоположность истины и заблуждения становится относительной. Новое воззрение не отбрасывает старое, как негодный хлам, а сохраняет в старом все жизнеспособное, продолжая тем самым его бытие в ином контексте и в изменившихся условиях. То, что отживает и отбрасывается в ходе исторического развития, составляет заблуждение прошлого, а то, что сохраняется в настоящем, образует его (прошлого) истину. Но и сегодняшняя истина подвластна общему закону развития, ей тоже суждено претерпеть в будущем беспощадную ревизию, многое утратить и возродиться в сильно изменённом, чтоб не сказать неузнаваемом, виде. Философия призвана резюмировать ход исторического процесса, систематизировать и объединять ранее обнаружившиеся точки зрения во все более богатую и гармоническую картину мира. Специфика истории по Коллингвуду заключается в парадоксальном слиянии свойств искусства и науки, образующем «нечто третье» — историческое сознание как особую «самодовлеющую, самоопределющуюся и самообосновывающую форму мысли».

Робин Джордж Коллингвуд , Ю. А. Асеев , Роберт Джордж Коллингвуд , Р Дж Коллингвуд

Биографии и Мемуары / История / Философия / Образование и наука / Документальное