Читаем Страна тысячи городов полностью

Действительно, в античной литературе за Бакгрией упорно сохранялась слава страны весьма древней и высокой культуры. Диодор, автор красочной «Исторической библиотеки», которой зачитывались многие поколения древней интеллигенции, приводит подробный рассказ о походе в Бактрию ассирийского царя Нина и его жены Семирамиды. Семирамида, эта легендарная владелица седьмого чуда света — висячих садов в Вавилоне, является исторической Саммурамат, бывшей с 810 г. до н. э полновластной регентшей воинственной ассирийской державы. Для далекого похода, повествует Диодор, ассирийцы собрали 1700 тысяч пеших воинов и 210 тысяч всадников. Войско бактрийского царя тоже характеризуется огромной цифрой, призванной поразить воображение читателя — 400 тысяч человек. Во владении бактрийского царя была, согласно Диодору, густонаселенная страна с многочисленными городами, а столица — город Бактры — имела мощную цитадель — акрополь. Лишь с большим трудом удалось ассирийцам завоевать эту страну и то лишь благодаря хитроумной уловке, примененной Семирамидой при штурме бактрийской цитадели. Бесчисленные сокровища, золото и серебро достались победителям, которые направились затем в поход на Индию. Это красочное описание древнего историка ставило перед исследователями по крайней мере две проблемы. Первая из них — это вопрос о самом существовании древнебактрийокого царства. Ведь если в Бактрии уже в IX–VIII веках до н. э. существовали многочисленные укрепленные города, то именно этот период следовало рассматривать как начальный рубеж городской цивилизации Средней Азии. Не менее интригующей была и вторая проблема — о возможности похода ассирийских армий столь далеко на восток. Поэтому не случайно это сообщение греческого писателя долгое время служило предметом бесконечных дискуссий. Помилуйте, говорили скептики, поход ассирийцев в IX–VIII веках до н. э. в бассейн Аму-Дарьи, чем это лучше рассказов о собакоголовых людях и муравьях, собирающих золото, имеющихся, кстати, у того же Диодора. Было, правда, одно обстоятельство, заставлявшее внимательнее взглянуть на этот рассказ, действительно производящий впечатление легенды. Диодор не скрывает своего источника, из которого он позаимствовал историю Семирамиды. Это было не дошедшее до нас сочинение другого грека, Ктесия Книдского. Ктесий из Книды, видный врач своего времени, младший современник отца истории Геродота, попал пленником ко двору персидских царей, где и прожил почти семнадцать лет (414–398 годы до н. э). Естественно возникал вопрос — не отразились ли в рассказах Ктесия о бактрийской державе какие-то предания, сохранившиеся в столице персидских владык. Скептики отвечали категорическим отрицанием. Нам хорошо известна военно-политическая история Ассирии, утверждала эта группа исследователей, и по подлинным ассирийским анналам мы знаем о крупных восточных походах в пору регентства Саммурамат. Но эти походы едва ли достигали областей восточнее современной иранской столицы Тегерана. Ктссий же — хвастливый выдумщик и фантазер, которому не давала покоя заслуженная слава вдумчивого и осторожного Геродота. Какую же ценность могут иметь его сообщения о городах и цитаделях Бактрии? Действительно, было трудно отрицать, что текст приведенный в «Исторической библиотеке», более похож по форме на занимательный роман, чем на отрывок из исторической хроники. Таким образом, все снова повисало в воздухе и проблема оставалась нерешенной. Можно было трижды и четырежды перечитывать слова Диодора (сообщения, имевшиеся у других авторов, были отрывочными и скудными), можно было смотреть на свет пожелтевшие страницы древних рукописей, сохранивших это сообщение, но ничего нового в них не открывалось. Необходимы были новые данные, чтобы решить так или иначе проблему древнебактрийских городов. В письменных источниках такие данные отсутствовали, и дать их мог лишь археологический материал.

Однако археологические памятники IX–VIII веков до н э., современники Семирамиды, упорно не давались в руки археологов. Вот уже в древнем Самарканде, в низовьях Аму-Дарьи — прославленном в веках Хорезме и, наконец, в том же Мерве обнаружены предметы, датируемые VI–IV веками до н. э., т. е. временем вхождения Средней Азии в мировую империю Ахеменидов. Но более ранние памятники оседлых культур все еще отсутствовали, и их отсутствие было поразительным. Невольно закрадывалось сомнение, а не следует ли в самом деле относить сведения о древнебактрийских городах к числу приукрашенных фантазией сказок и легенд. Эти проблемы и эти сомнения занимали исследователей, отправившихся в экспедицию к северным окраинам Марийского оазиса (так звучит ныне древнее имя Мерва) Туркменской ССР.