Тип забрался на стул и заглянул в котёл. Тот уже стал закипать. Затем он снова взглянул на ведьму. Ему вдруг захотелось оказаться в любом другом месте, но только не в этой дымной и тусклой кухне, где даже тень от свечи, падающая на стену, вызывала ужас. Так прошёл целый час — молчание нарушалось лишь шумом кипящего котла и потрескиванием веток в очаге.

Наконец Тип снова спросил:

— Мне надо выпить эту дрянь? — он кивнул на котёл.

— Да, — сказала Момби.

— А что со мной будет? — поинтересовался Тип.

— Если я всё правильно приготовила, — ответила Момби, — ты превратишься в мраморную статую.

Тип тяжело вздохнул и рукавом вытер пот со лба.

— Я не хочу быть мраморной статуей!

— Зато я этого хочу! — возразила старуха, грозно глядя на мальчика.

— Но какая вам от этого польза? — спросил Тип. — Ведь тогда никто не сможет работать на вас.

— Я заставлю работать на меня Тыквенную Голову.

Тип снова вздохнул.

— Почему вы не превратите меня в козу или в курицу? — спросил он озабоченно. — Ведь мраморная статуя вам не пригодится.

— О, ещё как пригодится! — возразила Момби. — Весной я разведу цветочный садик и посреди него поставлю тебя как украшение. Жаль, что это не пришло мне в голову раньше. Тогда бы ты не принёс мне столько хлопот!

Тип почувствовал, что от таких слов по всему его телу катятся капли пота. Он продолжал сидеть и трястись от страха.

— А может, Тыквоголовик не станет работать на вас? — робко продолжал мальчик слабым голосом.

— Будет, не сомневайся, — ответила Момби самодовольно. — Я редко ошибаюсь.

Снова наступило молчание, такое долгое и тягостное, что когда Момби наконец сняла котелок с огня, было уже около полуночи.

— Ты не можешь выпить это, пока оно совсем не остынет, — произнесла старая ведьма. — Мы оба сейчас отправимся спать. На рассвете я позову тебя и превращу в мраморную статую.

С этими словами она заковыляла в свою комнату, захватив с собой дымящийся котелок. Тип слышал, как щёлкнул замок.

Мальчик не мог спать: сон не шёл к нему. Он всё сидел и сидел, вглядываясь в отблески угасающего огня.

3. Побег

— Быть мраморной статуей — тяжёлая штука, — рассуждал Тип, — и я не собираюсь становиться ею. Ведьма говорит, что я несколько лет не давал ей спокойно жить, и потому она хочет избавиться от меня. Ну что же, исчезнуть — это более лёгкая доля, чем стать статуей. До веселья ли тут, если будешь стоять столбом в центре цветочного палисадника! Я убегу — вот что я сделаю! И убегу прежде, чем она заставит меня выпить эту отвратительную дрянь.

Храп старой колдуньи возвестил, что она заснула. Осторожно поднявшись, мальчик подошёл к шкафу, чтобы поискать что-нибудь поесть.

— Глупо начинать путешествие, не подкрепившись, — решил он, тщательно обыскивая узкие полки.

Тип нашёл несколько корочек хлеба. Ему пришлось заглянуть в корзину Момби в поисках сыра, купленного ею в деревне. Перевернув содержимое корзины, он наткнулся на перечницу, где хранился Порошок Жизни.

— Пожалуй, захвачу его с собой, — подумал мальчик, — иначе Момби с его помощью навредит кому-нибудь.

Он положил перечницу в карман вместе с хлебом и сыром. Затем осторожно вышел из дома и прикрыл за собой дверь. В небе ярко сияли луна и звёзды, а ночной простор казался гораздо приятнее, чем душная, покрытая мраком кухня.

— Я уйду отсюда без сожаления, — сказал Тип тихо, — потому что мне никогда не нравилась эта старуха. Хотел бы я знать, как же всё-таки получилось, что я стал жить у неё?

Он медленно брёл по дороге; вдруг его осенила внезапная мысль.

— Мне вовсе не хочется оставлять тыквоголового Джека на милость старой Момби, — пробормотал мальчик. — Джек принадлежит мне, ведь это я его создал. Старая колдунья только оживила его.

Он направился в хлев и открыл калитку стойла. Джек стоял посреди хлева. В лунном свете Тип смог увидеть, что человечек улыбается так же дружелюбно, как прежде.

— Пойдём! — сказал мальчик, поманив его пальцем.

— Куда? — спросил Джек.

— Скоро узнаешь, — ответил Тип, с улыбкой рассматривая тыквенное лицо. — Всё, что от нас сейчас требуется, — это идти.

— Очень хорошо, — промолвил Джек и шагнул из темноты сарая под лунный свет.

Тип свернул на дорогу, и человечек последовал за ним. Джек ступал не очень твёрдо, и почти сразу же один из суставов ноги согнулся не вперёд, а назад. От этого он чуть не упал. Но быстро исправил оплошность и стал более внимателен при ходьбе.

Тип вёл его по тропинке, не останавливаясь ни на минуту. Они не могли двигаться очень быстро, но шли достаточно бодрым шагом. Когда в небе над холмами луну сменило солнце, они могли уже не опасаться погони. Хотя на всякий случай они пару раз свернули с тропинки, чтобы никто не мог проследить их путь.

Мальчик был рад своему побегу. Ведь уже сегодня он мог превратиться в мраморную статую! Спустя некоторое время Тип остановил своего спутника и присел на камень у обочины.

— Перекусим немного, — предложил он.

Джэк пристально посмотрел на Типа и отказался присоединиться к трапезе.

— Мне кажется, я изготовлен из другого материала, чем вы, — заметил он.