Читаем Страна негодяев полностью

Страна негодяев

Пушистый звон и руга,И камень под крестом.Стегает злая вьюгаРасщелканным кнутом.Шаманит лес-кудесникПро черную судьбу.Лежишь ты, мой ровесник,В нетесаном гробу.Пусть снова финский ножикКровавит свой клинок,Тебя не потревожитНи пеший, ни ездок.И только с перелесицСквозь облачный тулупСлезу обронит месяцНа мой завьялый труп.

<1916–1917>

«Холодней, чем у сколотой проруби…»

Холодней, чем у сколотой проруби,Поджидаешь ты томного дня.Проклевали глаза твои – голубиНепрощённым укором меня.

<1916>

«Снег, словно мед ноздреватый…»

Снег, словно мед ноздреватый,Лег под прямой частокол.Лижет теленок горбатыйВечера красный подол.Тихо. От хлебного духаСнится кому-то апрель.Кашляет бабка-старуха,Грудью склонясь на кудель.Рыжеволосый внучонокЩупает в книжке листы.Стан его гибок и тонок,Руки белей бересты.Выпала бабке удача,Только одно невдомек:Плохо решает задачиВыпитый ветром умок.С глазу ль, с немилого ль взораЧасто она под удойПоит его с наговоромПреполовенской водой.И за глухие поклоныС лика упавших сединПишет им числа с иконыБожий слуга – Дамаскин.

<1917>

«Есть светлая радость под сенью кустов…»

Есть светлая радость под сенью кустовПоплакать о прошлом родных береговИ, первую проседь лаская на лбу,С приятною болью пенять на судьбу.Ни друга, ни думы о бабьих губахНе зреет в ее тихомудрых словах,Но есть в ней, как вера, живая мечтаК незримому свету приблизить уста.Мы любим в ней вечер, над речкой овес, —И отроков резвых с медынью волос.Стряхая с бровей своих призрачный дым,Нам сладко о тайнах рассказывать им.Есть нежная кротость, присев на порог,Молиться закату и лику дорог.В обсыпанных рощах, на сжатых поляхГрустит наша дума об отрочьих днях.За отчею сказкой, за звоном стропилНесет ее шорох неведомых крыл…Но крепко в равнинах ковыльных луговПокоится правда родительских снов.

<1917>

«Небо ли такое белое…»

Небо ли такое белоеИли солью выцвела вода?Ты поешь, и песня оголтелаяБреговые вяжет повода.Синим жерновом развеяны и смолотыВодяные зерна на муку.Голубой простор и золотоОпоясали твою тоску.Не встревожен ласкою угрюмоюЗагорелый взмах твоей руки.Все равно – Архангельском иль УмбоюПроплывать тебе на Соловки.Все равно под стоптанною палубойВидишь ты погорбившийся скит.Подпевает тебе жалобаОб изгибах тамошних ракит.Так и хочется под песню свеситьсяНад водою, спихивая день…Но спокойно светит вместо месяцаОтразившийся на облаке тюлень.

1917

О родина!

Перейти на страницу: